Ruvers
RV
vk.com
image

Крупный землевладелец

Доказательства

Вскоре зашевелилась сторона Ань Чандэ. На этот раз к Цянь Юхао присоединились еще двое, также являющиеся доверенными помощниками Цзян Чжунтина. В письме главе провинции Юн Чжоу Ань Чандэ уверял, что новоприобретенный родственник семьи Ань - самый обычный торговец. Но, несмотря на это, решено было провести расследование. Хотя Цзян Чжунтин являлся официальным лицом, даже он не мог вот так запросто вмешаться в дела семьи Ань. Прямо сейчас авторитет семьи Ань в Аньюань не слабее, чем у самого главы провинции. «Что-нибудь произошло в семье Ань за последние пару дней?», - войдя, Цянь Юхао бесцеремонно уселся во главе большого зала, заняв место хозяина дома, как будто это самом собой разумеется. Чандэ же всеми силами пытался угодить собеседнику, поэтому, естественно, не стал возражать. Он незамедлительно сообщил о том, что успел услышать: «Цянь дажэнь, ничего особенного не случилось. Есть только одна незначительная деталь. Чуть ранее довольно много крестьян из провинции Аньюань позаимствовало рис у семьи Ань, поэтому вчера они купили много зерна». «Насколько мне известно, часть рисовых полей уже почти готова к сбору урожая. Может быть, существует еще какая-то необходимость покупать крупную партию риса в такое время?», - Цянь Юхао тоже слышал подобное, но имел собственные соображения на этот счет. Чандэ на мгновение задумался: «Вряд ли. Снежный покров в этом году оказался больше, чем когда-либо раньше. Даже собрав урожай, запасы семьи Ань не слишком то пополнятся». Цянь Юхао кивнул, приняв такое объяснение. Заискивающе улыбаясь, Чандэ спросил: «Итак, Цянь дажэнь, когда вы планируете выступить против семьи Ань?». Цянь Юхао окинул его пренебрежительным взглядом: «Семью Ань недолюбливают в провинции Аньюань. Метод, который вы ранее использовали, не пригоден. Но мы можем воспользоваться каким-нибудь давним поводом, чтобы арестовать имущество семьи Ань. Цзыжань совсем недавно встал во главе семьи и еще не совершил ничего предосудительного, за что можно было бы зацепиться, поэтому нам остается только начать с Чанфу». «Хм…», - Чандэ был ошеломлен, - «Но разве он уже не мертв?». Цянь Юхао нетерпеливо перебил: «Мертв, но могут остаться доказательства его проступков. А если сохранились улики, правительство вправе принять соответствующие меры». Чанфу никогда не отличался честностью. Должно быть, в прошлом он не раз преступал через закон. Этот метод гораздо полезнее, чем намеренная попытка опорочить семью Ань. К тому же, даже если человек из столицы захочет вмешаться, у него ничего не выйдет: никто не может идти против закона в Дая, если, конечно, он не рискнет окунуться в грязь вместе со своей женушкой. «Метод действительно хорош», - заключил Чандэ, но внезапно кое-что понял. Нет никакого способа нацелиться непосредственно на Ань Цзыжаня, и, если будет доказано, что богатство семьи Ань получено незаконными способами, правительство может конфисковать все имущество семьи. Чем больше он думал, тем сильнее беспокоился. Ведь Чандэ напрочь упустил из виду один факт: когда активы семьи Ань перейдут к правительству, человеку вроде него окажется совершенно невозможно положить себе в карман хоть какую-нибудь их часть. Рискованная авантюра. Цянь Юхао взглянул на взволнованное выражение лица Чандэ, и его глаза наполнились усмешкой: всего лишь Сю Цай*. Но Чандэ вообще ничего не заметил. [*П/п: человек, который сдал имперский экзамен на уровне провинции] А пока внутри дома плелись интриги, снаружи кое-кто тщательно запоминал каждое слово из их разговора. Когда к его укрытию приблизился звук шагов, мужчина тихо вышел. ____________ Дворецкий Су вошел в кабинет. Фу Утяня, который частенько оставался здесь, на этот раз не оказалось. В кабинете стояла тишина. За столом сидел только Ань Цзыжань, составляющий план. «Молодой господин, снова есть новости от А’Е*». [*П/п: псевдоним Сяо Е, шпионящего для Цзыжаня] Юноша поднял глаза: «Какова ситуация?». «Они хотят собрать доказательства преступлений покойного господина», - выражение лица мистера Су было немного сложным. Он следовал за Чанфу в течение многих лет и являлся его самым доверенным человеком, поэтому хорошо знал обо всех действиях покойного господина. Если Чандэ в самом деле удастся собрать необходимые улики, это нанесет ущерб семье Ань. Ань Цзыжань молчал. Дворецкий решил, что молодой господин не все знает о прошлом семьи Ань. Волнуясь, что тот неправильно поймет, мистер Су поспешно объяснил: «Молодой господин, раньше покойный хозяин действительно совершал недобросовестные действия, но они не настолько серьезны, чтобы разрушить семью. Я могу это гарантировать. Меня беспокоит то, что другая сторона сфабрикует доказательства и выведет все из-под нашего контроля». «Понимаю. Бесполезно ворошить прошлое». Мистер Су подумал, что молодого господина действительно не заботит былое, а затем спросил: «Тогда, что нам следует делать?». Юноша негромко постучал пером по столешнице и сказал: «Независимо от того, что они раздобудут, это плохо скажется на семьи Ань. Мы не можем дать им ни малейшего повода для третирования семьи». Еще и внутренние дела не улажены. Нельзя допустить появление новых неприятностей. «Тогда предлагаю продолжить следить за Чандэ, а если он найдет какие-либо доказательства, мы их выкрадем?». «Так не пойдет!», - Цзыжань покачал головой, - «Это очень важный вопрос. Я до сих пор не уверен, можем ли мы доверять А’Е. Для этой задачи необходимо найти кого-то, заслуживающего доверия. Кроме того, этот человек должен знать боевые искусства». Мистер Су сразу подумал о потенциальном кандидате. В этот момент вошла неторопливая фигура Фу Утяня. Взгляды слуги и господина приклеились к нему. Фу Утянь совсем не удивился. Он уже услышал их разговор снаружи: «Поскольку ван фэй очень доверяет этому принцу, похоже, принц должен будет лично взяться за дело, чтобы оправдать доверие ван фэй». Уголок губ Ань Цзыжаня слегка приподнялся: «Ван е, я просто хочу одолжить одного из твоих подчиненных». Он не может позволить себе эксплуатировать принца. Фу Утянь вздохнул: «Как жаль». Лицо юноши осталось совершенно безэмоциональным: «Здесь нет ничего жалкого!». «…Ван фэй такой бессердечный». «Спасибо за комплимент».