Ruvers
RV
vk.com
image

Крупный землевладелец

Беспокоя молодоженов?*

[*П/п: 闹 洞房 nao dong fang - «нарушить покой комнаты для новобрачных» - китайский обычай, когда гости подшучивают над молодоженами и разыгрывают их] Грандиозную свадьбу Фу Утяня можно смело назвать самым значимым событием года. Счастливый час еще не наступил, но дворец Фу уже заполонили гости. Одного взгляда хватало, чтобы понять: большая их часть – важные фигуры столицы. И лишь единицы представляли низшие чины. Уже это ясно говорило о том, какой акцент Фу Утянь сделал на свадьбе. Он – первый ван е за всю историю Дая, взявший мужчину в качестве ван фэй (главной жены). И мало того, что сей факт не подвергся серьезной критике и никто не чинил Фу Утяню препятствий, дак он еще и заставил самого императора одобрить такой брак. В то же время все чиновники города Цзюньцзы пришли на свадьбу с роскошными подарками. Повсюду чувствовалось влияние ван е – бог-защитник Дая действительно необычная личность. «Мы вернулись!». Внезапно поднялся шум и гам. Гости, услышав это объявление, не могли сдержаться и побежали на улицу. Они, не моргая, жадно наблюдали за происходящим. Группа, приветствующая невесту во главе с Фу Утянем, выглядела невероятно ошеломительно и впечатляюще. А паланкин, перемещаемый восемью носильщиками, на широкой дороге с трудом пробирался сквозь бесчисленную публику. Улицы оказались настолько наводнены людьми, что невозможно было заметить ни единого свободного кусочка земли. Некоторые зрители даже сравнивали происходящее с браком императора. Доблестный и грозно выглядящий Фу Утянь ехал на лошади с приятной улыбкой. Впервые на его красивом лице не играло привычное безразличие, а взгляд не пробирал до костей своей холодностью и проницательностью. Даже его черты лица стали немного мягче. Очевидно, что он пребывает в хорошем расположении духа. Многие девушки, прибывшие сюда, чтобы увидеть его, залились румянцем. В этот момент все слухи о том, что Фу Утянь уродлив, рухнули под гнетом реальности. Вскоре они добрались до великих дверей дворца Фу. Ван е развернулся и спешился с лошади. Он подошел к передней части остановившегося паланкина. За красной покрывающей занавеской едва виднелся силуэт утонченного юноши с парой сияющих чернильно-черных глаз*. Даже сквозь тонкий слой ткани можно было ясно различить эмоции в этих глазах: в них плескалась улыбка. [*П/п: 流光溢彩 liu guang yi cai: плавный свет и переливающийся цвет / яркие огни и сияющие цвета (идиома)] Фу Утянь протянул руку к красному занавесу под ожидающими взглядами всех, кто с нетерпением надеялся увидеть будущего ван фэй бога войны. Но когда будущая главная женушка явила себя народу, толпа не могла не разочароваться. Фу Утянь держал Ань Цзыжаня на руках как принцессу, но его голова была прикрыта большими рукавами. Лицо юноши оказалось полностью скрыто. Даже подбородок не выглядывал. Что касается человека, находящегося в крепких объятиях Фу Утяня, - он искренне боролся, когда ван е вызвался его нести, только вот юношеских сил совершенно не хватило, чтобы противостоять мощным рукам будущего мужа. Ведь они подобны каменным стенам и железным столбам. Как бы Цзыжань ни старался, - не мог и шевельнуться, поэтому ему оставалось только сдаться. Единственное, что согревало душу юноши, – его лицо было спрятано от посторонних глаз. Фу Утянь перенес своего ван фэй во дворец Фу. Он не скрывал, что его ван фэй мужчина. Вместо этого великий полководец и бог войны смело проявлял свою привязанность. Собравшаяся толпа молча переглядывалась. Только когда Фу Утянь прошел мимо них, люди пришли в себя. Звуки поздравлений эхом зазвучали один за другим*. И только сами ораторы знали, насколько искренними были их добрые пожелания. [*П/п: 此起彼伏ci qi bi fu: следовать друг за другом / один еще не стих, а уже начался следующий] Среди гостей людей из императорской семьи присутствовало в избытке. Увидев эту сцену, на их лицах возникли довольно странные выражения. В их сердцах разыгрывались сюжеты, доступные только им самим. К счастью, они понимали, что сегодня день грандиозной свадьбы Фу Утяня. Следующим шагом являлась самая важная часть вступления в брак: невесте и жениху следовало пройти ритуал поклонения небесам и земле. Ближайший родственник Фу Утяня - Фу лао ван е. В этот момент он официально восседал в главном зале. И казался обычным счастливым старцем. Если бы не волнение его глаз, никто бы и не подумал, что у него слабоумие. Что касается старейшин со стороны Ань Цзыжаня: Фу Утянь навел справки и знал, что родители юноши погибли в результате несчастного случая. Осталось только три наложницы, которые не могли появляться на публике, поэтому он проявил чуткость и не упомянул об этом. Ван е понял, что Цзыжань не желал видеть здесь наложниц: в противном случае юноша послал бы кого-нибудь в провинцию Аньюань, чтобы сообщить им. Хотя существовали некоторые особенности работы мозга Фу лао ван е, пока он не доставлял проблем, то выглядел вполне нормальным. Но ключевым моментом стало то, что, узнав пол будущей главной жены, он не проявил никакого гнева. Наоборот, его лицо выглядело очень румяным, а когда Фу Утянь и Ань Цзыжань выполнили ритуальные поклоны, он еще больше зарделся, улыбнувшись от уха до уха. Те, кто надеялся, что лао ван е демонстративно покинет зал, остались бесконечно разочарованными. Фу Утянь знал не только, как обращаться с императором, - у него также был опыт общения с дедом. После завершения ритуальных поклонов Ань Цзыжань удалился в свадебную комнату. Гости же собрались во дворе, чтобы устроить банкет. Поскольку в этом мероприятии участвовало много людей, помимо чиновников и членов императорской семьи, здесь находились и коммерсанты. Но все они являлись элитой, широко известной и уважаемой во всей столице. Таким образом, внутри и снаружи зала располагалось около четырех- или пятисот столов. При этом звуки веселья и праздника не прекращались с самого утра. Чтобы устроить такое пиршество менее чем за полмесяца, - на подобное способен только Фу Утянь. Даже Ань Цзыжань думал, что свадьба будет попроще. Конечно, ни один праздник не обходится без вина. Хотя людей, которые осмеливались наливать вино Фу Утяню, было немного, но в конце концов в день собственной свадьбы жениху не удалось полностью избежать алкоголя. К счастью, терпимость ван е к выпивке закалилась в военном лагере. Даже после целого кувшина вина на его лице не появилось ни пятнышка красного цвета. Надежды желающих лицезреть захмелевшего ван е потерпели сокрушительный крах.