Ruvers
RV
vk.com
image

Долг персикового цветка

Глава 5

Реферальная ссылка на главу
<div>&nbsp; День клонился к вечеру. Яркие золотисто-красные косые лучи заходящего солнца проникали через окно. Стоял конец лета — начало осени, вечерний ветер дарил прохладу, с небольшого пруда доносился слабый аромат лотосов.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Обстановка и ощущения были весьма поэтичными. Му Жоянь холодно смотрел на меня, его облик был подобен блюдцу с чистой водой, только-только волна чувств прошла легкой рябью и постепенно стала спокойной, словно зеркальная гладь. В этом перерождении Тяньшу оставался все таким же невозмутимым, высоконравственным и высокомерным, каким он был в небесных чертогах. Сердце было полно страданий, но он продолжал сохранять лицо, прямиком загоняя себя в болезненное состояние.&nbsp;<br>&nbsp;<br>&nbsp;Му Жоянь заговорил, его голос звучал мягко, но первая фраза, которую он произнес, оказалась несколько неожиданной для меня:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Не тот ли вы господин Ли, младший сын вана Восточного округа, который, по слухам, является спустившимся с небес Синцзюнем?<br>&nbsp;<br>&nbsp;Сплетни быстро разнеслись. Я отпустил руку Тяньшу и осклабился:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Все эти небылицы о владыке звезды Тигра, спустившегося в суетный мир, нагородил один бродячий шарлатан. Разве в жизни случаются такие необычные, чудесные вещи?<br>&nbsp;<br>&nbsp;Настоящий Синцзюнь, который перевоплотился в человеческом теле, сидит на этой кровати, и это ты. Ты также впутал сюда этого бессмертного владыку, который последовал за тобой, чтобы составить тебе компанию в нелегком деле.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Му Жоянь поднялся с постели.<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Ваш покорный слуга случайно услышал это в деревне на постоялом дворе, — он улыбнулся. — Если я непреднамеренно нанес обиду, надеюсь, господин Ли извинит меня.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я придвинулся к Му Жояню чуть ближе и заглянул ему в глаза.<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Сейчас ты мой, так к чему все эти церемонии между нами.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Тяньшу Синцзюнь, услышав такие смелые речи, ты должен стать осторожнее.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Лицо Тяньшу пожелтело еще больше. Свежий ветер ворвался в комнату и, колыхнув тонкую ткань халата, чуть не сбил его с ног. Тяньшу по-прежнему сохранял учтивую, невыразительную улыбку и внешний вид благовоспитанного человека. Этот бессмертный владыка мысленно глубоко вздохнул, глядя, как открывались и закрывались бескровные губы, когда он произносил:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Сегодня вашему покорному слуге посчастливилось попасть во внутренний двор резиденции вана Восточного округа, я понимаю, что господин проделал долгий путь. За спасение жизни в горах этот покорный слуга бесконечно благодарен…<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я прикрыл ему рот рукой.<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Не говори, что не в состоянии отплатить за услугу. Отныне ты со мной надолго и сможешь решить, как отблагодарить меня.<br>&nbsp;<br>&nbsp;И без того желтоватое лицо Му Жояня стало еще темнее, он прикрыл рукавом рот, чтобы откашляться, и с горькой усмешкой произнес:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Перед умным человеком незачем говорить намеками, я, Му Жоянь, крупный беглый преступник. Господин Ли привел этого покорного слугу в резиденцию вана Восточного округа, полагаю, с каким-то умыслом. Ваш покорный слуга давно находится в безвыходном положении, моя жизнь и смерть зависят от воли небес. Однако я не понимаю, чем заслужил столько усилий, которые, навлекая на себя неприятности, приложила резиденция вана Восточного округа.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Голос Му Жояня был полон горечи, я пристально следил за его вот-вот готовым упасть телом и не мог не вытянуть руку, чтобы поддержать его. Му Жоянь не успел отпрянуть и разом напрягся. Ай, этот бессмертный владыка только делает вид, что воспользуется тобой, на самом деле я ничего не сделаю.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Но эту показную роль злодея я должен отыграть до конца. Наполовину поддерживая, наполовину обнимая Му Жояня, я произнес:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Жоянь, ты умный человек, я тоже буду откровенен с тобой. Изначально я планировал схватить тебя и отвезти в столицу. Но стоило мне тебя увидеть, как я влюбился с первого взгляда и теперь совершенно не в силах расстаться с тобой. Поразмыслив немного, я решил, что ты останешься в резиденции. Во-первых, мы всегда будем рядом друг с другом, во-вторых, — я убрал прядь волос с его плеча и продолжил со зловещей улыбкой, — генерал Шань выдающийся человек, и это замечательная возможность завести с ним знакомство.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Чтобы не видеть, как изменится выражение лица Тяньшу, я, раздраженно взмахнув рукавами, развернулся и протяжно рассмеялся.<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Ты, несомненно, устал, поспи немного. Когда на небе взойдет яркая луна, этот господин придет, и мы будем делить с тобой постель всю ночь напролет.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я стремительным шагом вышел наружу. Закатное солнце наполовину скрылось за горизонтом, пышные облака окрасились в ярко-розовый цвет. Я приказал служанке:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Принеси суп, чай и фрукты, позаботься о том, чтобы господин поел.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я торопливо вернулся спальню и влил в себя две чашки травяного чая. Коснувшись правой руки, которой я только что обнимал Тяньшу, я испытал необычное, непередаваемое словами чувство.&nbsp;<br>&nbsp;<br>&nbsp;Краем глаза я заметил в нижней части дверного проема маленькую головку, которая, скривив рот в обнажившей два отсутствующих передних зуба улыбке, подглядывала за мной. Как оказалось, это был племянник этого бессмертного владыки, Ли Цзиньнин, сын Ли Сысяна.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Этот хитрый и смелый ребенок жил во дворце и вызывал у всех вокруг головную боль. Сначала, когда я напугал его и Цзиншу, сына Ли Сыюаня, они сбежали, но после вернулись, чтобы выяснить, действительно ли я Великий повелитель тигров, и целыми днями бродили по резиденции. Завидев меня, Цзиншу скрылся и только лишь осмеливался подглядывать за мной из-за колонны. Цзиньнин, однако, продолжал следовать за мной. Сначала он только преследовал меня, а затем начал тайком кидать мне в спину маленькие камешки. Однажды, когда я сидел в беседке в саду на заднем дворе, он выкатился из зарослей травы и бросился ко мне на колени. Широко открыв абсолютно круглые глаза он торжественно спросил:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Дядюшка, все говорят, что ты дух Белого тигра, это все неправда, не так ли?&nbsp;<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я ответил:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Я звезда Белого тигра, а не дух Белого тигра, — еще куда ни шло, что этот бессмертный владыка превратился в звезду Белого тигра, но если меня выставят духом* Белого тигра, то как я смогу сохранить свое лицо.&nbsp;<br><br>&nbsp;[*похоже тут игра слов, где 星 син — звезда, а 精 цзин — это одна из категорий китайской философии и медицины, которую можно перевести как эссенция, дух, семя или сперма].&nbsp;<br><br>Ли Цзиньнин надул щеки и произнес:<br><br>— Говорят, что младший дядя дух Белого тигра, но это точно надувательство! У тигра круглое лицо, а у дяди не круглое! Дядюшка не тигр!<br><br>Слезы умиления выступили на моих глазах, он такой рассудительный! Никто из обитателей резиденции не был так хорош, как этот приблизительно семи - восьмилетний ребенок!<br><br>Я погладил Ли Цзиньнина по голове, он тут же обнажил два отсутствующих верхних зуба и, орудуя руками и ногами, вскарабкался ко мне на колени.<br><br>— Дядюшка, ты не дух Тигра, тогда, может быть, ты мне расскажешь сказку о духе Тигра?<br><br>Я по доброму рассмеялся и произнес:<br><br>— Могу, не только о духе Тигра, но и о Лисе-оборотне, о духе Черного медведя, духе Паука, духе Кабарги. Твой дядюшка может рассказать множество сказок.<br><br>Ли Цзиньнин схватил меня за борт одежды.<br><br>— Про духа Черного медведя! Я хочу послушать про духа Черного медведя!<br><br>Этот бессмертный владыка откашлялся и начал рассказывать сказку о духе Черного медведя. Я дошел лишь до середины, как Ли Цзиньнин уже спал на мне, пуская слюни на мою одежду.<br><br>У меня не было выбора, как взять его на руки и вернуться во внутренний двор, чтобы передать няньке.<br><br>С тех пор Ли Цзиньнин прилип к этому бессмертному владыке, ежедневно он проникал в мой двор один-два раза на дню.<br><br>Вот и сейчас, увидев, что я его заметил, Цзиньнин перемахнул через порог и вскарабкался ко мне на колени.<br><br>— Дядюшка, я хочу жареные птичьи яйца.<br><br>Я почувствовал головную боль.&nbsp;<br><br>— Здесь нет жареных яиц. Вернись к своей матушке и попроси ее, пусть на кухне тебе поджарят перепела.<br><br>Цзиньнин замотал головой.<br><br>— Не хочу жареного перепела. На дереве на заднем дворе есть птичье гнездо, дядюшка, давай пойдем собьем гнездо, и у нас будут птичьи яйца.<br><br>Мелкий негодник слишком много знает.<br><br>Я только что имел дело с Тяньшу Синцзюнем и уже подорвал свои жизненные силы, мне было не до забав с ребенком. Напустив на себя строгий вид я произнес:<br><br>— Цыц! Что если я буду доставать птичье гнездо и упаду! Будь прилежным, вернись домой и займись каллиграфией!<br><br>Цзиньнин скривил рот, продолжая цепко держаться за мои одежды.<br><br>— Не вернусь! Я хочу послушать сказку о духе Геккона! Дядюшка, расскажи!<br><br>Ладно, все равно на середине сказки этот негодник заснет, а когда он заснет, я наконец-то смогу спокойно выдохнуть. Дух Геккона… дух Геккона… что же о нем наплести…<br><br>Примерно на середине Цзиньнин действительно крепко заснул.<br><br>Я взял его на руки и вышел из дома. Старшая нянька, которая уже привыкла к этому, караулила во дворе. Поклонившись, она сказала с улыбкой:<br><br>— Он опять приставал к третьему господину.<br><br>Взяв Цзиньнина, она унесла его во двор старшего господина, и я наконец-то обрел тишину.<br><br>Наступили сумерки, резиденцию осветили яркие огни фонарей.<br><br>Я поужинал, принял ванну и переоделся, затем позвал служанку, чтобы спросить, как себя чувствует господин в пристройке. Уже наступило время, когда этот бессмертный владыка должен пойти к Тяньшу, чтобы лечь с ним спать.<br><br>Служанка сказала:<br><br>— Господин слаб здоровьем, за весь вечер он выпил всего два глотка чая, а затем после приступа кашля уснул. Когда он проснулся, эта служанка вышла, чтобы подогреть для него травяной чай.<br><br>Я промычал в ответ, бесшумно подошел к пристройке и, как только толкнул дверь, услышал звук падающего предмета. В тусклом свете лампы я увидел, что Му Жоянь висит в воздухе. Белый шелковый пояс был накинут на балку и намотан на его шею.<br><br>Мое сердце заколотилось. Кто бы мог подумать, что для Тяньшу Синцзюня окажется настолько сильно невыносим позор. Сегодня после полудня я бросил всего лишь несколько фраз, и у него сразу же появилось желание умереть. Я тут же рванулся к нему и, обхватив двумя руками, спустил вниз. Если Му Жоянь умрет, как я смогу отчитаться перед Нефритовым императором?<br><br>Му Жоянь невесомый, как перышко, лежал в объятиях этого бессмертного владыки, его глаза были плотно закрыты, лицо стало белым, я приложил палец ему под нос — дыхания не было. Как бы я ни щипал его за носогубную борозду и не бил по спине, он никак не реагировал. Возмутительно было то, данный случай небесные старики вовсе не считали важным критическим моментом, я все также не мог использовать и половину своих божественных способностей. У этого бессмертного владыки не было выхода, я только и мог, что, набравшись решимости, прильнуть своим ртом к губам Тяньшу, чтобы передать немного божественной энергии.<br><br>Наши рты соединились, губы Тяньшу были холодными, как лед, и очень мягкими. Впервые коснувшись его, этот бессмертный владыка почувствовал себя виноватым. Я таким образом поцеловал Тяньшу Синцзюня. Мне это ничего не стоило, однако для него это означало, что он снова обязан мне за то, что я второй раз спас его жизнь.<br><br>Я языком разжал сомкнутые зубы Тяньшу, чтобы передать ему божественную энергию, а затем поднял голову и вытер рот. Если об этом прознает Хэнвэнь Цинцзюнь, он до смерти замучает насмешками этого бессмертного владыку.<br><br>Тяньшу издал вздох, его ресницы затрепетали. Я несколько раз похлопал его по спине. Внезапно он закашлялся и медленно открыл глаза. Я злобно улыбнулся.<br><br>— Пытался покончить собой на глазах у этого господина? Я приложил усилия, чтобы поймать и привезти тебя сюда, разве можешь ты так просто умереть!<br><br>Нефритовый император также не отпустит Тяньшу еще десять- двадцать лет, пока он не намучается. Мне не потребовалось много физических сил, чтобы поднять его на руки и кинуть на кровать. Му Жоянь бросил на меня быстрый холодный взгляд, скривил рот в горестной усмешке и сомкнул веки.<br><br>В глубине души этот бессмертный владыка ощутил бесконечные печаль и грусть. Говорят, что быть хорошим человеком тяжело, в действительности же быть негодяем еще труднее. При виде такого Тяньшу мое сердце нестерпимо сжалось.<br><br>Несколько тысяч лет назад, когда я только вознесся в небесные чертоги, божественный посланник велел мне сначала поприветствовать всех небожителей. Я впервые увидел Тяньшу Синцзюня на девятом уровне небес. В тот момент он как раз вышел из дворца Бэйдоу*, остальные шесть звезд Большого Ковша следовали за ним. Я увидел прекрасное серебристое сияние, исходящее от нефритовой заколки на голове и от облаченной в белое одеяние изящной, тонкой фигуры, на которую не осмеливаешься бесцеремонно, открыто глазеть и в то же время не можешь удержаться, чтобы не бросить взгляд. Действительно, он лучший из бессмертных. Согласно наставлению посланника богов, я склонился в приветственном поклоне и произнес:<br><br>— Недавно вознесшийся на небеса младший бессмертный Сун Яо приветствует Синцзюня.<br><br>&nbsp;[*Бэйдоу — созвездие Большая Медведица, где Тяньшу Синцзюнь — владыка звезды Дубхе, альфы Большой Медведицы].&nbsp;<br><br>&nbsp;Холодный взгляд звезды на мгновение остановился на мне. Он вежливо кивнул, без дальнейшего обмена любезностями отвернулся и, не оглядываясь, ушел прочь. Даже Нефритовый император не позволял себе такого отношения.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Тогда Тяньшу Синцзюнь ставил себя высоко над другими, разве можно было подумать, что он дойдет до такого состояния. И во многом причиной его печального вида стал этот бессмертный владыка.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Ай, этот бессмертный владыка творит зло, Нефритовый император вынуждает этого бессмертного владыку творить зло...<br>&nbsp;<br>&nbsp;И хоть на сердце было горько, мой рот был безжалостен:<br>&nbsp;<br>&nbsp;— Молодой господин Му из семьи премьер-министра повесился на веревке словно девица*. Знаешь ли ты, что у повешанных язык высовывается по меньшей мере на один цунь**, а все содержимое их желудка вытекает наружу? Сначала слугам в моей резиденции придется снять твое тело, а потом полдня отмывать пол. Ты хочешь, чтобы твой дед, дядя, отец и родная мать увидели тебя в виде призрака повешенного?&nbsp;<br>&nbsp;</div><div>[*в древние времена благородные девушки предпочитали повеситься на белом шелке, если их невинность находилась под угрозой;</div><div>&nbsp;</div><div>**цунь — мера длины, примерно равна 3,5 см].&nbsp;<br><br>&nbsp;Лицо Му Жояня ничего не выражало, он замер и оставался неподвижным.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я снял с него обувь, передвинул на кровати и накрыл тонким одеялом. Открыв дверь, я позвал служанку, чтобы она принесла подушку и постельное белье.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Две маленьких служанки принесли постельные принадлежности. Увидев пояс, все еще свисающий с балки, они переменились в лице. С холодным выражением я приказал им положить принесенные ими вещи и снял подвешенный пояс. Они не осмеливались болтать лишнее и, опустив головы, вышли.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Я скинул с себя халат и встряхнул тонкое одеяло.&nbsp;<br>&nbsp;<br>&nbsp;— С сегодняшнего дня ты будешь спать со мной. Придет время однажды ты непременно узнаешь, как я хорош.<br>&nbsp;<br>&nbsp;Масляная лампа погасла, комната погрузилась в непроглядную темноту. Я лег на кровать и закрыл глаза. Дыхание человека рядом со мной было еле заметно, он лежал абсолютно неподвижно.&nbsp;</div>