Ruvers
RV
vk.com
image

Феникс на девятом небе

Зима в этом году выдалась снежной. Всю дорогу Фэн Мин видел лишь снег, который укрыл всё белоснежным покрывалом — зимний сезон был в самом разгаре. Некогда зелёные живописные пейзажи, пестревшие пару месяцев назад зеленью и яркими цветами на любой вкус, теперь отдыхали под сугробами, дожидаясь момента, когда снова можно будет украсить холмы приятным взору видом. К несчастью, в пограничном районе Юн Инь были только широкие дороги, окружённые рисовыми полями или холмами. После долгого созерцания этих красот любой бы начинал чувствовать усталость. На протяжении трёх дней просидев в душной карете в полном одиночестве, Фэн Мин начал сходить с ума. Занять себя ему было нечем, а спать уже совсем не хотелось. Когда ему стало совсем невмоготу, он высунул голову в окно и, увидев генерала Туна, который ехал неподалёку на лошади и зорко следил за экипажем принца, позвал: — Генерал Тун. Генерал не заставил себя долго ждать. Он поравнялся с каретой принца, сложил руки в знак приветствия и, выразив своё почтение, спросил: — Какими будут приказы, Ваше Высочество? — Через сколько дней мы доберёмся до Фань Цзя? — с лёгким унынием и нетерпением спросил он. — Скоро, Ваше Высочество. Нам понадобится около пяти-шести дней, а там доберёмся до границы Юн Инь. И как только мы пересечём границу Юн Инь, сразу же попадём в Фань Цзя. Затем нам потребуется еще одиннадцать дней, чтобы добраться до столицы Фань Цзя. — Так долго? — печально вздохнул Фэн Мин. Ему и в голову прийти не могло, что можно так долго путешествовать. В его мире за пару часов можно было прилететь в другую страну. — Наоборот, довольно быстро, Ваше Высочество. Си Лэй и Фань Цзя почти рядом друг с другом. Если бы мы ехали до самого далёкого королевства Дань Линь, то нам бы понадобилось три месяца, чтобы добраться до него. Фэн Мин снова вздохнул, прикрыв на миг глаза. Как же тяжело, как же скучно! Потом перевёл взгляд и, поглядев на благородного скакуна, который чуть похрапывал под сильным грузным телом генерала, как-то странно улыбнулся: — Генерал Тун, ваш конь… — начал было он. — Ваше Высочество, я получил строгий приказ господина Жуна: «Эта поездка очень и очень опасна. Во избежание неприятностей ни в коем случае не позволяй наследному принцу садится на коня». И я, генерал Тун Цзянмин, не могу ослушаться приказа господина Жуна, — неожиданно перебил его мужчина крайне строгим тоном, как бы намекая, что Ань Хэ тут не авторитет, и нужно быть послушным любым приказам регента. Но генерал Тун не смел оскорблять принца, поэтому как бы передал приказ, словно он тут и ни при чём и просто следует весточке сверху. Выслушав строгий ответ генерала Туна, Фэн Мин разочарованно опустил голову и засунул её обратно в карету. Если бы он знал, что всё так обернётся, он бы никогда не согласился на эту поездку. Ведь если его не убьёт третья принцесса Фань Цзя, то он несомненно умрёт от скуки. Наконец настал вечер. Кортеж выстроился в шеренгу. Путешествие выдалось тяжёлым, дорога всех вымотала, поэтому было принято решение разбить лагерь, когда перед собой уже ничего нельзя было увидеть. Как только карета Фэн Мина остановилась, он буквально выскочил из неё и быстро удалился в палатку. За ним уже вышли Чиу Лань и остальные две девушки. Они отправились вслед за юношей, чтобы расстелить постель и помочь Фэн Мину прилечь. И тут Чиу Синь внезапно спросила: — Не знаете, как там Ле Эр? Чиу Ю Со смехом сказала: — Что значит «как там Ле Эр»? Ты каждый раз с самого начала выглядывала из окна кареты, только чтобы полюбоваться им? Дабы подразнить девушку с другой стороны, Чиу Лань тоже приняла участие в общем веселье. — Нельзя винить её, ведь Ле Эр действительно очень красивый юноша. — Тьфу. — Чиу Синь затем театрально закатила глаза, но при этом так заметно покраснела, что её пылающие щеки могли бы освещать дорогу не хуже утреннего солнца. — Кто говорил, что он красивый? Я такого не говорила! Самым красивым на свете может быть только наш наследный принц! Фэн Мин развязал шнурок плаща на шее и, также рассмеявшись, сказал Чиу Синь: — Если ты горишь желанием увидеться с Ле Эром, то я могу позвать его сюда. Чиу Лань захлопала в ладоши от радости: — Отличная идея, Ваше Высочество! Ваша служанка сейчас же сбегает за ним. — И действительно, она мгновенно выскочила из палатки. Вскоре на пороге появился Ле Эр в сопровождении Чиу Лань. Он уже сменил свои наряды на простую одежду для слуг, однако это всё равно необъяснимым образом выделяло его из общей массы. Тонкие руки, бледная кожа, прекрасные черты лица, тёмные глаза — как этот парень вообще может быть слугой? Если бы Фэн Мину довелось встретить Ле Эра в своей прошлой жизни, его бы трясло от зависти. Представ перед Фэн Мином, Ле Эр поприветствовал его. — Что прикажет Ваше Высочество наследный принц? — Ничего не прикажу. Расскажи нам, как ты провёл эти три дня? Уже обжился? — Фэн Мин внимательно поглядел на Ле Эра, отмечая про себя его странное поведение. Что-то неуловимо изменилось. Чиу Ю вскрикнула и, приблизившись к Ле Эру, смерила юношу взглядом, словно что-то выискивая. — Почему ты так похудел? — спросила она. — Когда я его увидела, тоже заметила, что он как будто бы похудел, а глаза потухли и стали красными. Я поинтересовалась, что с ним, но он мне ничего не сказал, — вставила Чиу Лань. Девушки вообще стали крайне смелыми, поэтому перестали держать язык за зубами в присутствии своего господина и спокойно высказывали своё мнение. — Ты заболел? — нахмурился Фэн Мин, вглядываясь с подозрением в лицо слуги. — Почему молчишь? Но Ле Эр ничего не ответил, однако принц заметил, как тот чуть поджал губы, как напрягся и опустил взгляд. Чиу Синь подошла и шепнула на ухо Фэн Мину: — Ваше Высочество, спросите его, кто из свиты его обижает. Фэн Мин, не знающий, что происходит с его слугами, сейчас был обеспокоен. — Кто-то обижает тебя? Кто этот человек? — куда настойчивее спросил он, и вряд ли хоть кто-то смог бы промолчать. Ле Эр горько улыбнулся и покачал головой: — Я родом из Юн Инь, к тому же наложник. Поэтому не удивительно, что меня обижают и презирают. Говорил он с горечью, но так, словно принял свою судьбу. — Негодяи! — вскочил Фэн Мин и зло воскликнул: — Я их проучу! Чиу Лань хоть и была молода, однако была опытной и честной. Поспешно схватив Фэн Мина за рукав, девушка стала его уговаривать: — Ваше Высочество, у Вас в свите много слуг, что были подарены знатью, если Вы накажете их, то это вызовет недовольство со стороны знати. К тому же это не решит проблемы. Лучше не пускайте Ле Эра к ним в экипаж. — Правильно, наказывать их бессмысленно. Да и мы в пути, затруднительно будет их приструнить. Лучше вернуться к этому вопросу, когда мы вернёмся в Си Лэй. Фэн Мин задумался на мгновение, а затем спросил: — Так в какую же карету пересадить Ле Эра? Вы втроём едете в отдельном экипаже, так, может, лучше к вам? — Мы служанки, — засмеялась скромно Чиу Лань. — А он мужчина. Как он может ехать вместе с нами? — Тогда я выделю Ле Эру отдельный экипаж. — Нет, ни в коем случае. Если они увидят, что Вы выделили ему отдельный экипаж, то придут в ярость и ещё больше будут обижать его. Фэн Мин, не зная, что же ещё придумать, нахмурил брови и ненадолго задумался. Через несколько минут его глаза просияли: — Ле Эр поедет в моей карете. И мне не будет больше скучно одному. Это было прекрасным решением, но девушки не нашли эту идею гениальной. Служанки переглянулись, однако перечить принцу желания не было — пусть поступает, как считает нужным. Ле Эр воодушевился и с изумительной улыбкой посмотрел на Фэн Мина, и глаза его излучали неподдельную благодарность. Однако сам Фэн Мин ему не улыбнулся. Наоборот, когда алые губы Ле Эра растянулись в лёгкой счастливой улыбке, Фэн Мин вспомнил про ту треклятую ночь, их первую ночь, и его охватил стыд. Сомнительные мысли навестили голову, снова заставляя скулы заалеть: «Он — наложник, и если мы будем ехать в одной карете… Я должен не поддаваться его соблазнительным чарам», — твёрдо решил для себя принц. Он до сих пор с дрожью вспоминал их знакомство, не понимая, как вообще это могло случиться. Эти дурные мысли встревожили его. Но слова были произнесены, и раскаиваться уже было поздно. На следующий день Фэн Мин был вынужден сдержать своё слово и позвать Ле Эра в свою карету.