Ruvers
RV
vk.com
image

Бесконечные царапины божественного древа

Хороший cон

Глава 08. Хороший cон Для смертного, впервые поглощающего Ци, лучше всего делать это в полночь, в то время, когда естественная Ци в воздухе наиболее стабильна. И потому Mо Тяньляо сел за стол, сосредоточившись на просмотре бухгалтерских книг. Котенок только что проснулся. Он высунул свою маленькую белую голову из воротника, лениво посмотрел на предметы на столе и широко зевнул. Мо Тяньляо опустил голову и попытался поцеловать его в макушку, но вырез в одежде был немного низким, поэтому он вообще не смог дотянуться. Ему пришлось сдаться: – Сяочжао, ты проснулся? Проголодался? Котенок вывернулся из выреза и вскочил на его плечи. Оттуда он посмотрел на счета в руках своего слуги. – Bот некоторые из административных задач в Обители Воцин, действительно в беспорядке. Мо Тяньляо почесал пушистого котенка за ушками. Маленький кот поднял заднюю лапу и толкнул ухо оскорбляющего. «Беспорядок? Мое Превосходительство так не считает». Мо Тяньляо конечно же не ожидал, что маленький меховой шарик ответит, поэтому начал быстро листать бухгалтерские книги. Ученики второго поколения принесли ему эти книги, думая, что этим доставят ему неприятности, но проверка всех отчетов была ничем для кого-то с божественной душой стадии Полубога. Когда божественная душа совершенствующихся достигала стадии Полубога, они могли читать по десять тысяч свитков в день и отлично все запоминать. Примерно через час Мо Тяньляо уже закончил читать стопки отчетов. Хотя это все было очень запутанно, по крайней мере, теперь он знал, кто отвечает за каждую задачу. Тем не менее, распределение задач было не слишком грамотным, и много деталей упущено. Например, когда дело доходило до выдачи ежемесячного пособия, административный отдел Главы секты отправлял пособие Обители Воцин. Там ученики первого поколения передавали его ученикам второго поколения, которые распределяли его дальше. Конечно же, в этом процессе было много дыр, и такой порядок вещей не гарантировал справедливости для всех учеников. Теперь, когда у него в голове сформировался четкий план, Мо Тяньляо отложил бухгалтерские книги. Видя, что небо на улице уже потемнело, он потянулся, разминая затекшие конечности, и сказал: – Сяочжао, давай спать. Не дожидаясь ответа, он подхватил котенка и направился к кровати, собираясь немного вздремнуть и восстановить силы, прежде чем начать совершенствоваться в полночь. – Мяу! – белый меховой шарик изо всех сил вырывался из рук Мо Тяньляо и спрыгнул с кровати, явно не собираясь спать со своим слугой. Мо Тяньляо лег на кровать, подперев голову рукой. Он посмотрел на сидевшего на полу котенка: – Если не хочешь спать, играй сам. Только не ешь все, что видишь. В любом случае, вокруг этого двора сейчас установлен барьер, поэтому котенок не мог убежать. Мо Тяньляо лег спать без всякого беспокойства. Белый кот прыгнул на подоконник и обернулся посмотреть на спящего молодого человека. Его уши дернулись, прежде чем он выпрыгнул из окна и с легкостью прошел сквозь барьер. Он направился к главному залу Дворца Циннин. Теперь, когда наступила ночь, повсюду зажглись стеклянные фонари. Хрустальные стены рассеивали свет по всему залу, создавая впечатление, что дворец был полностью сделан из хрусталя. Выглядело это очень красиво. Когда белый кот вскочил на ступени входа во дворец, его фигуру внезапно окружила вспышка белого света. Когда свет погас, котенок исчез, а на его месте возник стройный и высокий мужчина. Его белые одежды все еще светились, когда он ступал по нефритовым ступеням. Ворота дворца открылись сами собой, когда он приблизился. Яркие белые огни фонарей внутри освещали неземную красоту человека, раскрывая его личность – Хозяин этого дворца, Мастер Цин Тун. Как только он вошел во внутренний зал, девушки-слуги, одетые в белое, подошли и в унисон поклонились: – Мастер обители. Некоторые из служанок держали одежды, другие чаши с лампами и нефритовый гребень. Мастер Цин Тун поднял руки и позволил девушкам переодеть его в мягкую одежду. Девушки осторожно сняли изящную нефритовую корону с его головы и с помощью нефритового гребня расчесали длинные черные волосы. Он поднял изящную белую руку и отмахнулся от слуг, которые исчезли так же быстро, как и появились. Цин Тун медленно поднял левую руку, позволяя мягкому рукаву соскользнуть по руке, обнажая браслет шириной в три пальца, плотно обвивающий его запястье. Инкрустированные в него сапфиры ярко мерцали, дополненные красивыми серебряными узорами, выгравированными на браслете. Если кто-нибудь из женщин совершенствующихся увидит его, то, вероятно, захочет купить, даже если он будет стоить сто тысяч духовных камней. Этот человек всегда больше всего на свете ценил практичность, поэтому большинство его творений оказывались безобразными. Только те, что делались для него, будут такими изысканными и красивыми. Обычно говорили, что Лорд Дуаньтянь очень опытный мастер, но его вкус просто ужасен. Никто не знал, что в действительности он был весьма искусен в резьбе и отделке, а большинство его творений были простыми потому, что клиенты не стоили его времени и усилий. Цин Тун опустил руку, позволяя широкому рукаву соскользнуть вниз и скрыть произведение искусства на его запястье. Он прошел мимо многослойных занавесей из шелка, висящих в глубине внутреннего зала, и вошел в свою спальню. Хотя спальня была укрыта тьмой, это никак не сказалось на зрении Цин Туна. Красавец подошел к большой кровати и медленно опустился на нее. Наконец он нашел своего человека, поэтому теперь мог спать спокойно. _________________ Когда луна была высоко в небе, и наступила полночь… Мо Тяньляо широко раскрыл глаза. Когда он попытался оценить текущее время, его мысли блуждали вокруг необходимости создания инструмента, определяющего время, когда он будет свободен. Трудно было не знать точно, который час. Сидя на кровати, он скрестил ноги и вытащил несколько духовных камней из своего пространственного браслета. Природной энергии здесь было много, а значит этого более чем достаточно, чтобы он впервые поглотил Ци в свое новое тело. Однако на случай, если что-то пойдет не так, у него был запасной план. Если он потерпит неудачу в первой попытке поглотить Ци, это повредит его меридианы, и на восстановление уйдет целый месяц. Так что было бы куда лучше, если бы он преуспел с первой попытки. Он прижал средний палец левой руки к ладони правой, затем переместил правую руку под левую, оставляя кончик правого среднего пальца у основания другого среднего пальца. Остальные его пальцы были скручены так, что выглядели как бутоны цветка лотоса. Когда Ци начнет двигаться в его теле, это обеспечит связь его левой и правой сторон и позволит ему контролировать скорость входящей в его тело энергии. Его веки опустились, но зрению это не мешало. Сильная божественная душа могла видеть колебания естественной энергии в воздухе. Ци красного, оранжевого, желтого, зеленого и синего цветов обтекала его. Небесный путь заключается в том, чтобы заботиться о других. Путь человечества – удовлетворить потребности своих низших тел. Таким образом, путь совершенствования состоит в том, чтобы следовать воле Небес и использовать изобилие природы, чтобы восполнить недостаток в человеческом теле. Тело Мо Тяньляо отличалось от большинства. Он не мог использовать свой духовный потенциал, чтобы поглотить Ци, и должен был следовать шагам, описанным в «Технике воспламенения дерева». Как описано в свитке, он сначала должен был использовать свой духовный потенциал дерева, чтобы поглотить Ци дерева, прежде чем втянуть огненную Ци в свой даньтянь. Его новое божественное тело из Вечного Древа принадлежало естественному порядку, поэтому он мог свободно впитывать Ци дерева. Пока он желал этого, бесчисленные зеленые шары начали кружиться вокруг Мо Тяньляо, прежде чем внезапно войти в его тело. Это вызвало поток Ци дерева, со всех сторон втекающий в него. Природа Ци дерева была энергична и жизнеспособна. Когда она протекала через его конечности и кости, Мо Тяньляо чувствовал себя крошечным ростком, пьющим воду. Подпитываясь энергией Ци, его конечности медленно расслаблялись, а суставы скрипели. Он осторожно изменил печать, которую формировали его пальцы, заставляя поток Ци вокруг его тела постепенно увеличиваться. Когда тот стал примерно такой же толщины, как палец, а его скорость достигла максимума, который он мог взять, молодой человек мгновенно хлопнул ладонями. Все потоки заканчиваются в океане, все вещи содержат дух. Мо Тяньляо мгновенно открыл глаза, которые были заполнены зеленым свечением. Ему удалось поглотить Ци в свое тело. Когда он закончил впитывать силу, Мо Тяньляо был полон удивления. Даже те, кто обладает лучшим духовным потенциалом, все равно сталкиваются с небольшими трудностями при поглощении Ци. Например, у людей с божественным духовным потенциалом, даже если их меридианы достаточно широкие, поглощение будет блокировано их собственным телом из плоти и крови. Однако у Мо Тяньляо его божественное деревянное тело также могло поглощать Ци. Скорость поглощения Ци у совершенствующегося с одним духовным потенциалом была похожа на использование тонкой бамбуковой соломинки, в то время как скорость божественного потенциала напоминала использование толстой бамбуковой трубочки. Для сравнения, Мо Тяньляо использовал целую бамбуковую трубу, чтобы поглотить Ци. Теперь, когда он преуспел в усвоении Ци дерева, Мо Тяньляо глубоко вздохнул, прежде чем попытаться поглотить Ци огня. Обычно совершенствующиеся с двумя атрибутами должны были одновременно поглощать два разных вида Ци, а это означало, что два вида энергии неизбежно сталкивались в их теле. Мо Тяньляо на самом деле не был совершенствующимся с двумя атрибутами, поэтому мог усвоить эти две энергии по отдельности. Он использовал свою божественную душу, чтобы проверить свой даньтянь, и увидел, что его древесный огонь слабо мерцал, напоминая свечение светлячка. Он сложил ладони и выполнил ту же печать, что и раньше, держа руки у нижней части живота, передавая красную Ци своему даньтяню. Прежде чем Мо Тяньляо смог произнести слова в своей голове, древесный огонь уже всколыхнулся и начал кружить в его даньтяне. Из его движений образовался очень маленький водоворот Ци, который затем начал втягивать Ци огня и позволял ему бесконечно течь в даньтянь. – Хмм… – Мо Тяньляо неосознанно замычал. Казалось, что маленькие искры путешествовали от его конечностей к даньтяню, сжигая меридианы, когда проходили через них. Эта жгучая боль длилась несколько минут, прежде чем его меридианы привыкли к температуре. Теперь это было довольно приятно. Как будто он пытался погрузить ноги в горячую воду и в конце концов обжег их. Но когда ступни привыкли к температуре, тепло стало на самом деле очень приятным. Когда его даньтянь больше не мог сдерживать Ци, Мо Тяньляо немедленно остановил поглощение и выдохнул грязную энергию. Древесный огонь в его даньтяне стал больше. Казалось, что он полон и лениво светится. Мо Тяньляо со вздохом упал на кровать. Он слишком устал, чтобы пошевелить даже пальцем. Только что он узнал, что небольшое пламя в его даньтяне было не единственным древесным огнем, который у него был. На самом деле в его теле были спрятаны небольшие язычки этого огня, но пока он мог использовать только тот, что был в даньтяне. Таким образом, ему пришлось бы постоянно практиковать совершенствование, чтобы втянуть эти маленькие язычки пламени в свой даньтянь. Поскольку ему снова удалось встать на путь совершенствования, Мо Тяньляо уснул со спокойной душой. _________________ Вернувшийся во Дворец Циннин красавец, лежащий на мягкой кровати, внезапно перевернулся, его веки распахнулись, обнажая завораживающую пару глаз. Лунный свет, струящийся из окна, отбрасывал тени от длинных ресниц, подчеркивая его красоту. Бледные губы сжались вместе и образовали несколько слов: – Черт возьми… Он сел, а затем и встал с мягкой постели. Открыв окно, он мог видеть весь путь со стороны дворца до внутреннего двора, где перестала собираться Ци. Цин Тун положил руку на подоконник и одним плавным движением выпрыгнул из окна. Сделав это, он превратился в маленького белого котенка, который затем шагнул в темноту ночи. Мужчина на кровати уже крепко спал, когда маленький котенок запрыгнул на нее. Котенок с презрением толкнул его тело, заставив Мо Тяньляо издать непонятное ворчание и пошевелить руками, создав небольшое пространство между ними. Меховой шарик медленно опустил голову и углубился в объятия Мо Тяньляо. Тем не менее, это было недостаточно удобно, поэтому котенок копался в мантии Мо Тяньляо, пока воротник не раскрылся, обнажая мягкую внутреннюю одежду. Только тогда котенок с удовлетворением залез на грудь человека. – Сяочжао… – все еще погруженный в свои сны, Мо Тяньляо почувствовал, что рядом есть что-то пушистое, поэтому сразу же улыбнулся и крепче прижал шарик к груди. «Глупый идиот». Маленький кот, сопротивляясь желанию закатить глаза, лишь потерся головой о подбородок своего слуги, а затем закрыл глаза и погрузился в мирный сон…