Ruvers
RV
vk.com
image

Злодейский путь!..

Гробы и пляски

Муан долго откладывал поход на Кладбище-на-скале и выдвинулся туда только ближе к закату. Шен с нетерпением ждал этого момента, чтобы направиться на занимательное зрелище вместе с ним. Алу он наказал заниматься медитациями, Аннис все еще избегала его при каждом удобном случае, так что оставалось только вздохнуть, провожая ее удаляющуюся спину взглядом. Он также оставил с ними Волчару, чтобы та присматривала за детьми. Эра шла вместе с Муаном и Шеном во всеоружии: переоблачившись в красно-белый наряд жрицы и прихватив с собой бубен и пару учеников. - Что это она за жрица такая? – любознательно поинтересовался Шен у Муана. - Вроде жрицы земли. Универсальная такая жрица: она проводит обряды плодородия, вызова дождя, вот сейчас еще упокоения покойников. - Ты с каким-то пренебрежением это говоришь, - заметил Шен. - Конечно. Она вот так заменила однажды умершую бабку, и с тех пор отдувается, будто и в самом деле от ее плясок что-то меняется. Про покойников вообще молчу – это просто смешно. - А дождь? Насчет дождя Муан ничего не ответил, видимо не определившись. Разговаривали они, идя по лесной дороге, уже спустившись с вырабатывающей кротость лестницы. По правую руку от них вверх шла отвесная скала. Дорога вильнула вправо, и вскоре Шену открылось прелюбопытное зрелище: прямо на скальном уступе на значительной высоте от земли на вбитых в породу крюках висели гробы. Точнее, это Шен догадался, что это гробы. Они больше походили на лодки, закрытые крышками, вырезанные из цельного ствола дерева. Окинув Кладбище-на-скале взглядом, Шен установил, что новых захоронений здесь нет, определенно все гробы были очень старыми. На дороге и небольшой поляне рядом уже собралось приличное количество деревенского люда. Все ждали прихода жрицы, постепенно все обеспокоенней кидая взгляды на заходящее солнце. - Что это за древнее кладбище? – поразился Шен. - Несколько поколений назад жители этой местности верили, что подобный вид захоронения убережет тела и души умерших от разграбления и осквернения животными. К тому же, к небу ближе – подниматься меньше придется. Шен пораженно рассматривал гробы и думал о том, закладывал ли все эти детали писака Ер в свою новеллу. Потому что если да – то он просто чертов гений, а если нет – то как это вообще возможно? Чтобы посредственный мир новеллы превратился в такую целостную и изобилующую деталями картину. - Иди сюда. - Муан потянул его за локоть и увлек в сторону, ближе к собравшейся толпе. - Ты не будешь участвовать в обряде? - Поучаствую, - вздохнул Муан. – А ты подожди здесь. С этими словами он оставил его с краю толпы, а сам направился к небольшому, находящемуся под скалой алтарю. Возложив на него подношения, Муан развернулся и остался стоять на месте. Он посмотрел на Эру, которая вышла в центр образованного для нее пустого пространства, а затем перевел взгляд на заклинателя, который ярким багряным пятном выделялся на общем фоне. Столкнувшись с ним взглядами, Муан отвернулся, а Шен удивленно моргнул и приподнял бровь. Эра распустила волосы и ударила в бубен. Ей вторил нежный звук ручных колокольчиков. Шен поискал глазами источник звука, и с удивлением обнаружил, что колокольчики держит Муан. Забавно. В этой поездке он столько нового о Муане узнал. К примеру, ничего в новелле Ера не намекало на то, что Муан способен использовать маленькие колокольчики так же умело, как бессмертный меч. Похоже, Шен конкретно недооценивал возможности этого человека. Однако признавать его заслуги и прекращать над ним подтрунивать он явно был не намерен несмотря ни на что. Эра кружилась, прыгала и била в бубен. Темп мелодии постепенно увеличивался, движения становились более рваными, резкими, все меньше походили на танец. Девушка запрокинула голову, закатила глаза и что-то не то шептала, не то молила. Не было какого-то определенного ритма, но был напев. Ее ученики, стоящие в стороне, принялись невпопад бить в большой гонг, установленный на краю поляны. Бум-бум-бум! Создавалось впечатление раскатов грома, нежный звук колокольчиков оказался почти заглушен. Губы Эры продолжали что-то нашептывать, но ноги заплетались, она почти уже не могла стоять. Муан подскочил сзади и поддержал ее. На мгновение поляна погрузилась в гнетущую тишину. А затем кто-то из толпы выкрикнул: - Предки пришли вкусить от трапезы?! Все присутствующие деревенские жители стали с трепетом вглядываться в лицо жрицы, чтобы, словно предсказание, определить, озлоблено оно или же ласково. Солнце окончательно зашло, погружая поляну в сумерки. В этой полутьме один человек зажег свечу. Медленно он приближался к жрице, а толпа двинулась с ним, точно волна. Они продвигались словно бы на цыпочках. Утонувшая после последнего раската гонга в тишине поляна нагнетала волнение. Жрица стояла без движения, поддерживаемая Муаном. Люди медленно подступали, замирая при каждом шаге. Когда они подошли достаточно близко, чтобы свеча осветила ее лицо, Эра дернулась и резко и дико расхохоталась. Поляна словно ожила, вокруг воцарился хаос звуков. Деревенские наперебой кинулись к Эре, кланялись, спрашивали, кому будет удача или горе. Шен продолжал стоять на месте, издалека наблюдая за происходящим. Он не совсем определился, как это интерпретировать. Просто представление? Или за этим обрядом в самом деле что-то кроется? Но в конце концов не все ли равно? Беловолосые брат с сестрой посреди сумеречной поляны с висящими гробами за спиной и обступившим их простым людом, казались древними, сошедшими с картины, начертанной тушью, божествами. Шен любовался этой сценой. А затем он почувствовал, что нечто обвилось вокруг его талии. Но он даже не успел опустить взгляд, чтобы узнать, что это, потому что его рвануло назад с такой силой, что Шен сорвался с места, будто был всего лишь соломенной куклой. Пусть на кладбище и была площадка-поляна, слева все так же шел довольно крутой, поросший лесом, склон вниз. На какой-то миг Шен почувствовал себя в состоянии свободного падения, будто научился летать как птица, но затем притяжение взяло свое, он приземлился в скользкую сухую листву и кубарем покатился со склона, телом сбивая мелкий сухой орешник. Пытаясь прекратить эту круговерть, он цеплялся за землю и корни, и, наконец, смог остановиться, уперевшись в толстый ствол клена. От удара дерево засыпало его ворохом красных листьев. Шен лежал на земле и пытался прийти в себя, остановить карусель в голове. С трудом он сел, прислонившись спиной к спасшему его дереву. Перед глазами все плыло, деревья двоились, и он чувствовал легкую тошноту. А ведь гуляя по горным тропам, он часто думал о том, как легко здесь оступиться и упасть вниз. И в большинстве случаев для обычного человека это значило бы верную погибель. Попытаться разобраться с тем, что или кто его утянуло, он не успел. Потому что это же что-то вновь обвилось вокруг него, мгновенно привязывая к стволу дерева. Шен дернулся, но путы оказались не слабее многослойных веревок. Теперь он смог их рассмотреть. Путами оказались черные волосы. А затем из-за дерева вышел и их обладатель. Эту худощавую фигуру, широкий лоб и – главное – длинные черные волосы Шен не мог не узнать. Вот только… разве он не отсек ему голову над поляной тысячи духов? Шен перевел взгляд на его шею. Шея Онэ была обмотана волосами, точно бинтами. Прицепил назад? Похоже, Шен здорово недооценивал силы этого духа, раз он способен на такое. - Ты знаешь, приветствия у тебя так себе, - заметил Шен. Онэ хмыкнул. - Ты явился, чтобы отомстить мне за это? – Шен красноречиво посмотрел на его обмотанную черными волосами шею. Онэ грациозно присел перед ним и протянул к нему тонкую, словно ветка, бледную, как у мертвеца, руку. Шен дернулся в сторону, но не имел никакой возможности уклониться от этого прикосновения. - Не-ет, - зловеще протянул демонический дух, дотронувшись до его щеки. – Я пришел кое-что проверить. К его лицу словно прикоснулась холодная и влажная рука утопленника. Шен удивленно посмотрел в это неприятное лицо. - Чего тебе надо? Волосы, обернувшиеся вокруг его груди, сжимались сильнее, вдавливая в ствол. Дышать становилось все сложнее. - Чего… тебе?.. Черная энергия словно закружилась над подушечками пальцев демонического духа. Он дотронулся своими холодными пальцами до его разгоряченного виска. Энергия, циркуляцию которой ощутил Шен, казалась знакомой и почти родной. Волосы, обвитые вокруг груди, сдавили так, что он больше не мог сделать ни вдоха. - Ты… - нахмурившись, прошипел Онэ, - вернешься к нам. Взгляд Шена вновь застила тьма, начинаясь от краев, она быстро заполнила все перед глазами. На этот раз в этом было что-то очень пугающее. В следующее мгновение Шен пришел в себя, осознавая, что его кто-то трясет. Он открыл глаза и увидел склонившегося над ним Муана. Все следы Онэ растворились во тьме без следа. Шен с наслаждением сделал глубокий вдох. - Ты серьезно свалился со склона?! – возмущался тем временем Муан. – Как ты умудрился это сделать?! Рассказывать о встрече со старым приятелем Шен не захотел из соображений личного спокойствия: Муан и так постоянно напоминает ему о его темной связи с демонами и духами, и если ее подогреть, Шен просто свихнется от постоянного нытья по этому поводу. Одно дело, если бы он что-то дельное предлагал, так нет же – только настроение портит. Так что вместо пояснений он просто попросил: - Лучше помоги мне подняться. Муан подал ему руку и резко рванул на себя. Шен чуть на ногах устоял, все-таки полет со склона не прошел бесследно. Муан поддержал его под локоть. - Что это? – старейшина пика Славы заметил кровоподтек на его левом виске. - Что? – Шен дотронулся и скривился от боли. – Должно быть ударился обо что-то, пока со склона летел. Взгляд Муана красноречиво говорил: «Да с пятилетним ребенком меньше проблем, чем с тобой!». «Так зачем же ты все еще со мной возишься, матушка-Муан? – так же взглядом ответил Шен. – Отмазался бы уже как-нибудь перед Шианом!» Конечно, настолько длинную мысль он через взгляд передать не смог, поэтому Муану показалось, что Шен смотрит на него, вновь превратившись в ощетинившегося иголками ежика. «Он настолько не умеет принимать чужую заботу? Настороженно ищет подвох и словно ожидает удара в любую секунду». В этом предположении он попал в десятку: Шен действительно не привык к чужой заботе и искреннему бескорыстному беспокойству о нем. - Сможешь обратно забраться? Шен посмотрел вверх на тонущий в ночной тьме крутой склон. - Конечно, смогу. Куда я денусь? – вздохнув, отозвался он. - Я могу понести тебя на спине. - Обойдусь. - Уверен? Вместо ответа Шен сделал несколько шагов вверх. Поскользнулся на сухой листве, чуть не упав, но выровнял равновесие и упрямо пошел вперед. Муан вздохнул и последовал за ним. На дороге их поджидала Эра. Все деревенские жители разошлись дружной толпой, чтобы не ходить по ночному лесу в одиночку. Возле Кладбища-на-скале осталась только Эра и два ее ученика, прибирающиеся после церемонии. Шен выполз на дорогу как раз в том месте, где, подбоченившись, стояла девушка. - Нет, старейшина Шен действительно свалился со склона?! – оценивая его вид по перепачканной одежде, обратилась она к идущему следом Муану. Увидев кислую мину своего брата, Эра звонко рассмеялась. - Вы дали поистине занимательное представление, - заметил Шен. - Настолько занимательное, что вы скрылись от него под горой? – уточнила Эра. - Настолько занимательное, что я, не в состоянии отвести взгляда, не заметил, как оступился и полетел вниз. - Воистину искусство может быть опасным! - Да, особенно для неподготовленного зрителя, - согласился Шен. Вернувшись в школу вместе с Муанами, Шен попросил его извинить и покинул их. Оставшись в одиночестве в своих покоях, он зажег свечу и долго внимательно изучал перед зеркалом кровоподтек, оставшийся на его виске. «Система, почему молчишь?» [А чего?] «А как же минус пару десятков баллов из-за произошедшего?» [Ничего такого не углядела.] Шен удивленно почесал затылок. «Ну ладно» Хотя ситуация его удручала. У него и так в жизни сложностей хватало, чтобы теперь еще ожидать, что в любой момент на него может напасть Онэ. Он вообще как-то не ожидал, что он сможет выжить без головы. Ох уж эти духи, ни в чем нельзя быть уверенным! Однако… что значило его «вернешься»? Вернуться к ним? В каком смысле? Вздохнув, Шен решил, что подумает об этом завтра. Голова все еще гудела после всего произошедшего, и двигаться было сложно. Поэтому он просто разделся и лег спать. На следующее утро он обнаружил на тумбочке аккуратно сложенный новый комплект одежды. Это было очень предупредительно с чьей-то стороны, однако Шена больше напряг тот факт, что он недостаточно чутко спит, раз кто-то смог незаметно войти к нему и положить эту одежду. Потянувшись, он скривился от боли. Все тело болело после вчерашнего полета со склона. Причем вчера это так не ощущалось, как сейчас. Волчара настороженно подняла уши и посмотрела на него с края кровати. Шен подумал о том, что очень удачно решил вчера не брать ее с собой на кладбище. Страшно было представить, что такой сильный дух как Онэ мог сделать с таким духом как Волчара. А она ведь точно встала бы на его защиту и вряд ли бы удовольствовалась бегством. Кое-как, кряхтя, встав с кровати, Шен взял с тумбочки подношение. Одежда была яркого желтого цвета, расшитая золотой нитью, с черными полосками и черным же поясом. Облачившись, он посмотрел на себя в зеркало и понял, что подлецу все к лицу. Затем подошел ближе и вновь внимательно рассмотрел висок. Кровоподтек стал виден даже ярче вчерашнего. Духовная энергия помогала ему быстрее обычных людей залечивать раны, но почему-то на простой синяк это не действовало. Гадство. Отринув мысли по этому поводу, Шен вышел в сад и глубоко с наслаждением втянул свежий утренний воздух. На сегодня у него было запланировано кое-какое дельце, и он с предвкушением улыбнулся. А затем потребовал: «Система, скажи мне рецепт торта!»