Ruvers
RV
vk.com
image

Злодейский путь!..

Обвиненный злодей (надо же, какая неожиданность)

Стоял глубокий вечер следующего за ночью буйства духов дня. Шиан разбирался с текущими делами ордена, перекладывал очередную разобранную стопку бумаг, когда в его резиденцию на пике Золотой зари ворвался Муан с Шеном на руках. - Скорее, поспеши за целителем Загом! – бросил он, опуская хозяина Проклятого пика на кровать в одной из многочисленных комнат резиденции главы ордена. Обернувшись, Муан увидел, что Шиан все еще никуда не ушел. - Ладно, я сам схожу за Загом, - нахмурившись, сказал он, решив, что Шиан в ступоре. - Что случилось? – спросил тот. - Может, я позже объясню? – отмахнулся хозяин пика Славы, направляясь к выходу. - Стой, - спокойным голосом приказал Шиан, подходя к кровати, на которой лежал Шен. – Что случилось? - А это не может подождать? – все еще недоумевал прямолинейно мыслящий Муан. - Не может. Мы не будем звать Зага. - Почему? - Потому что я не могу позволить, чтобы кто-то узнал о слабости моего брата. Муан молчал, постепенно осознавая, что Шиан имеет в виду. Но тот продолжил объяснение, раскладывая ему все по полочкам: - Может, ты и стал по какой-то причине лучше к нему относиться, но остальные старейшины только и ждут возможности, чтобы с ним поквитаться. Если у кого-то из них закрадется мысль, что Шен больше не в состоянии сдерживать Глубинную тьму… Если он просто даст повод усомниться в своих силах… Боюсь, они ухватятся за такую возможность, чтобы сместить его и никогда уже не дать оправиться. В прошлом году старейшина Заг был среди тех, кто выступал за заточение Шена на пике Черного лотоса. Я не могу доверять ему. Объясняя это, Шиан присел рядом с братом и взял его руку, чтобы поделиться своей духовной энергией. Однако вскоре его глаза пораженно расширились. - Что происходит? Я не могу влить в него духовную ци, энергия словно бы обтекает вокруг него! Муан вздохнул. - В общем… Он израсходовал много духовной энергии на шествии, помогая своим ученикам добраться до поляны тысячи духов. А на самой поляне мы встретили черную девятихвостую лисицу, и она поделилась с ним демонической энергией поляны тысячи духов. Сказала, что из-за ментального удара, который он получил, это единственный способ, и у него есть выбор либо принять эту энергию и постепенно стать одним из них, либо умереть. Шиан прикрыл глаза, устало касаясь пальцами своего лба. Посидев так с минуту, он произнес: - Это сказал лживый демон. Не думаю, что у нас есть причины верить ей на слово. - Но насчет ментального удара она не ошиблась, с его золотым ядром действительно что-то не так. Муан посмотрел на бледное лицо Шена, он казался отрешенным и безучастным к этому миру, и было как-то грустно думать, что так может остаться навсегда. За последнее время Муан привык к улыбке на его лице, и лишиться подобного зрелища было бы настоящей потерей. Неожиданно Шен вздрогнул и чуть повернулся, не открывая глаз. Шиан тут же положил руку ему на лоб. - Жара нет, - определил он. – Думаю, единственное, что нам остается – это наблюдать за его состоянием. Муан неодобрительно промолчал, не споря. - Надеюсь, тебя не нужно предупреждать, что произошедшее должно остаться в тайне от других старейшин. - Конечно, - в раздражении дернул щекой тот. - Слушай, Муан… Ты же всегда Шена на дух не переносил. Почему же переменил свое отношение в последнее время? Муан еще раз бросил взгляд на спящего Шена. Он не мог дать определенного ответа даже самому себе. В душе пронеслась тысяча и одна эмоция, а в голове перевернулась сотня мыслей, но ничего так и не было определено и высказано. Но Шиан не настаивал на ответе. Через несколько дней Шен так и не открыл глаза, но его внешний вид значительно улучшился, и теперь он стал напоминать капризного ребенка, не желающего вставать с постели пораньше. В который раз поправив одеяло, Шиан погладил его по черным струящимся словно шелк волосам, убрав со лба тонкую прядку, встал с кровати и покинул комнату, тихонько прикрыв за собой двери. В гостиной его дожидался Муан Гай. - Ты хотел меня видеть? – вместо приветствия, спросил он. – Как самочувствие старейшины Шена? - Ему определенно становится лучше, и по этому поводу я и хотел с тобой поговорить. - М? - Как ты думаешь, Шен запомнил, что сделала лисица? Он понял, что она подарила ему энергию демонической поляны? За эти несколько дней Муан успел в подробностях рассказать главе ордена обо всем, что случилось на шествии. - Не уверен, что он понял, - пожал плечами Муан. - Если это так, и он не в курсе, тогда я не хочу, чтобы ты рассказывал ему. Думаю, нам лучше придержать это пока в секрете. - Как это поможет? – не понял Муан. - Я… Просто не хочу, чтобы он снова закрылся и озлобился на весь мир. Мне нравится более радостный и открытый Шен, каким он стал. Если же он узнает, что его проклятье может превратить его в демона, что его золотое ядро может разрушиться куда быстрее, чем мы думали, как думаешь, как он отреагирует? Не хочу, чтобы он снова стал ненавидеть весь мир или жить в ожидании смерти. - Я понимаю, - согласился Муан. - Если он действительно превратится в демона – он не сможет больше сдерживать Глубинную тьму. Нам придется убить его и забрать клеймо проклятья. Муан вскинул на Шиана удивленно-недоверчивый взгляд. То, как рационально он говорил о смерти своего собственного брата, об убийстве своего собственного брата, – его поразило. Все-таки не зря он является главой всего их ордена – Муан Гаю никогда не понять, насколько далеко распространяются планы Шиана и насколько ужасающими они могут быть ради достижения блага ордена. Муан напряженно кивнул. Древний демонический дух подземного озера Онэ медленно тянул своими волосами свое обезглавленное тело. Тело то и дело застревало, то между деревьями, то между камнями. Наконец, оно упало в воды священного ручья. Голова Онэ подкатилась к телу и приставилась к шее, волосы обмотались вокруг среза, точно стягивающие бинты. Поднявшись на ноги, Онэ хмуро взглянул на заливающуюся смехом черную девятихвостую лисицу. - Он мне еще за это ответит! – сплевывая мох, пообещал Онэ. Одно короткое мгновение превратилось в долгий, очень долгий сон. Обворожительная молодая девушка со светлым лицом цвета персика и яркими золотисто-зелеными глазами, словно искрящимися изнутри. Ее черные волосы были собраны длинной шпилькой с фиолетовыми цветами в высокую прическу, платье цвета утренней росы развевалось на ветру. Она оборачивалась к нему через плечо и улыбалась. Этот момент застыл в его памяти и прокручивался раз за разом. А затем, словно по мановению пера, в угоду сну, превращающемуся в утренний кошмар, все в мгновение ока менялось. Кожа ее чернела, словно уголь, и она рассыпалась в прах. Раз за разом, одно и то же мгновение, заставляющее грудь разрываться от отчаяния. Шен открыл глаза и долго безучастно смотрел в потолок, вспоминая это видение. Кто эта девушка? И почему ему так тоскливо от того, что ее не стало? Он ведь даже не знал ее. А затем на него обрушилась Система. [Системное обновление успешно произведено! Сюжетное задание «Главный герой и главная героиня на Осеннем шествии духов» успешно выполнено. Сюжетное задание «Проникновение на поляну тысячи духов» успешно выполнено. Главный герой получает +100 к природному обаянию. +50 к крутости главного героя. +10 к злодейскому образу. Получено достижение «Принят за своего». +50 к силе главного злодея. Получен «Темный дар демонической лисицы». «Темный дар демонической лисицы» успешно активирован. Открыта сюжетная арка «Постепенная демоническая трансформация». Приобретена способность «Три силы». Активирована приобретенная особенность «Постепенное безумие». Благодарим пользователя номер два за обращение в наш центр поддержки!] Долгое время Шен молчал, пытаясь как-то переварить услышанное. «Постепенная демоническая трансформация?» - наконец, уточнил он. Система с удовольствием отозвалась: [Благодаря принятому вами «Темному дару демонической лисицы» была открыта бонусная ветвь сюжета «Постепенная демоническая трансформация».] «…» «Я так понимаю, моя "трансформация", раз уж я принял этот "дар"… И что это значит?» [Поживем – увидим.] «Слушай, Система, ты знаешь, что за девушка мне сейчас снилась?» […?] «Не важно» Шен, наконец, обратил внимание на то, что лежит в кровати. «Я так понимаю, спал я довольно долго… И кстати, почему ты отключалась?» [Производилось системное обновление из-за смены приоритетов главного героя.] «Это какие такие приоритеты он решил сменить прямо на шествии духов?» - поразился Шен. Система ничего не ответила. «Ладно. А что насчет меня? Можешь описать поподробнее, чем мне все случившееся грозит?» [Понятия не имею. Как я уже сообщала, я не знаю ничего, что не входит в рамки оригинальной новеллы.] Поняв, что от Системы польза нулевая, Шен перестал обращать на нее внимание, сконцентрировавшись на внутреннем созерцании. Ментальная рана, словно невидимые трещины, расползалась в районе груди, имея пять точек-оснований. Тьма в золотом ядре выглядела точно так же, как обычно, зато золотой свет остальной части приобрел более темный и зловещий оттенок, словно подернувшись темной пеленой. Ощущения от этого были странными. Шен сосредоточился и попытался словно бы очистить свое золотое ядро от грязи. На какое-то мгновение ему удалось увидеть яркий первоначальный свет, но просвет тут же затянулся пеленой. Но Шена подобное обстоятельство обрадовало: он теперь знал, что благодаря медитации может попытаться это очистить. Физически он ощущал себя приемлемо, словно только что пробудился от долгого, восстанавливающего силы сна. Интересно было, сколько на самом деле занял этот «сон». Он сел на кровати и осмотрел комнату. Явно не его опочивальня в черном замке. По богатой вычурной обстановке он догадался, что находится на пике Золотой зари. Он уже собирался встать, но тут, словно почувствовав его движение, в комнату поспешно вошел Шиан. - Шен! – с восторгом воскликнул он. – Ты очнулся!! - И сколько я проспал? – уточнил тот, собираясь встать. - Лежать!! – тут же отреагировал его брат. Голос хлестнул, как хлыстом. Шен удивленно замер на месте. - Тебе рано подниматься, - чуть успокоившись и слегка смутившись, пояснил Шиан, подходя ближе. – Тебе нужен отдых. - Что-то мне подсказывает, что я и так уже отдохнул немало… Признавайся, Шиан, сколько я спал? - Ну подумаешь, десять дней, - фыркнул его старший брат. – Мы даже не успели соскучиться. Шен только хмыкнул. После тех трех месяцев за три дня он уже не особенно переживал о скоротечности времени, да к тому же безотлагательных дел не имел. - Как твое самочувствие? – присев на кровать рядом с ним, заботливо поинтересовался Шиан. - Это я у тебя хотел спросить. Как мое самочувствие? Шиан слегка поджал губы. - Старейшина Заг предупредил, что ты истратил много духовных сил и тебе необходим длительный отдых. Опять. Почему в последнее время ты такой безрассудный, словно смерти ищешь? Шен промолчал, не зная, что сказать в свое оправдание. - Подожди, я заварю для тебя лекарство, - произнес Шиан, вставая с кровати, и покинул комнату. «Мне сильно повезло, что у Шена остался хоть кто-то, кто готов о нем заботиться, - только сейчас в полной мере оценил Шен. – Если бы не было Шиана, я бы, возможно, уже по глупости умер. Ну или во всяком случае мне было бы куда сложнее». Система, к которой в принципе он обращался, ничего не ответила. Пока Шиан отлучался, Шен успел одеться в заботливо оставленный для него комплект его повседневной серебристой одежды и элегантно убрать волосы, так как в комнате находилось зеркало, дающее возможность оценить свой внешний вид со стороны. Долго вглядываясь в свою довольно-таки осунувшуюся физиономию, Шен пришел к мысли, что что-то в нем изменилось. Только вот что? Искорки из глаз пропали что ли? Или волосы длиннее стали? Что-то неуловимое точно было не так. Неужели, это из-за дара лисицы или каких-то там приобретенных способностей/возможностей? Хм… Присев за стол, Шен почувствовал, что как-то уже подустал. Учитывая, что он сделал всего несколько шагов по комнате и пару лишних движений, осознание этого не радовало. Хотя надо быть оптимистом: главное – что он жив и относительно здоров! В комнату вновь вошел Шиан, держа в руках пиалу, наполненную травяным настоем. Увидев, что Шен его не послушался и все-таки встал, он нахмурился, но ничего не сказал. Смиренно выпив горькое снадобье, Шен поднялся из-за стола и сообщил, что отправится на свой пик Черного лотоса. - Это не самая лучшая идея. Лучше бы тебе пожить здесь какое-то время. Пока ты не поправишься… - Нет, - не резко, но непреклонно отказался Шен. – Мне спокойнее в своем черном замке. Здесь я словно бы в гостях… К тому же, не хочу взваливать на тебя дополнительные заботы. На тебе и так висят все дела ордена. Шиан сжал кулаки. - Послушай, ты… - И спасибо тебе, - добавил Шен, улыбнувшись. Пальцы Шиана разжались, он пораженно расширил глаза, глядя в это лицо. Шен хмыкнул и вышел из комнаты. «Надо же, он даже не стал долго спорить, - думал он, покидая резиденцию брата. – Это все мои способности к убеждению или я и правда уже начал злоупотреблять его гостеприимством?» Решив, что Шиан в любом случае в душе не против отдохнуть от заботы о младшем брате, Шен неспешно направился к мосту, соединяющему пик Золотой зари с пиком Таящегося ветра. До черного замка путь предстоял неблизкий. Жалко, Шен не мог позволить себе полететь на мече. Он опасался, что уже на полпути свалится с него от усталости. С другой стороны, прогулка на свежем воздухе явно пойдет ему на пользу, учитывая, сколько он провалялся в постели. Наслаждаясь горными пейзажами, расцвеченными осенними красками, словно огненное полотно, свежим влажным воздухом и легким туманом, Шен брел по мосту, обдумывая все случившиеся за время его пребывания в новелле – то есть, за время после его перерождения. На самом деле, он как-то так резко окунулся в события, что только сейчас до него стала доходить мысль, как все происходящее удивительно и странно. Трудно было поверить, что «Шен» – это теперь его жизнь, он не обычный парень, играющий за персонажа, он реально именно этот персонаж. Боль помогала ему принимать реальность, но только сейчас, кажется, он окончательно принял Шена. И, наверное, стоит уже прекращать думать о Шене, как о каком-то постороннем человеке. Хотя взваливать на себя ответственность за все его дурные поступки как-то не хотелось. Нынешний Шен даже не имел о них четкого представления, потому что писака Ер часто упоминал многие злодеяния Шена вскользь или же ограничивался общими определениями для описания злодейского образа. Раздумывая о том, стоит ли поконкретнее расспросить у Ера о злодеяниях Шена или же лучше остаться в неведении, Шен добрался до пика Таящегося ветра и вышел на лесную дорогу. Ему предстояло преодолеть еще мост до пика Черного лотоса, который был почти в два раза длиннее, чем мост от пика Золотой зари до Таящегося ветра. А он уже истратил все силы. Решив немножко отдохнуть, Шен присел на лавочку под деревом. Он сам не заметил, как уснул. Лучи осеннего солнца нежно касались его лица, пробиваясь через крону деревьев, тонко щебетали птицы и стрекотали насекомые. Полностью упиваясь моментом, Шен довольно потянулся и открыл глаза. Ветер шевелил золотую крону дерева, под которым он лежал, солнце играло в листьях, опаляя глаза золотым блеском. Оранжевый листок сорвался с дерева и медленно славировал ему на грудь. Шен поднял его, покрутил перед глазами, смотря на мельчайшие прожилки, высвечиваемые солнечным светом, резко сел и тихо счастливо рассмеялся. - Забавно видеть старейшину Шена таким довольным после всего того, что он учинил на шествии духов! – донесся до него высокомерный голос. Шен посмотрел направо и увидел вышедшего из-за поворота дороги старейшину Рэна. В его стандартных черных одеждах он смотрелся как инородное темное пятно посреди этого чудесного места. Кажется, он вышел как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шен смотрит на листочек и глупо хихикает. - Точнее, не забавно, - поправился Рэн, подходя ближе, - а раздражающе. Я-то надеялся, что ты со своего Проклятого пика и носа не покажешь в ближайшее время, а ты уже вовсю наслаждаешься жизнью здесь! - Не очень вас понимаю, старейшина Рэн, - честно признался Шен, облокачиваясь о ствол дерева рядом с лавкой. – Вы упрекаете меня в том, что я улыбаюсь? - Нет! – прошипел Рэн, словно воспринял этот вопрос за личное оскорбление. – В том, что ты бесчестно выступил на шествии духов! Из-за твоих бесчестных действий ты не дал многим достойным заклинателям добраться до поляны! И на меня бесчестно напал, пользуясь тем, что я не ожидал предательства! А теперь смеешь бахвалиться приобретенными на поляне артефактами! Попросту мерзавец!! «…че?» Не успев спокойно оценить ситуацию, Шен вскочил на ноги и произнес: - Я действовал, исходя из соображений безопасности для заклинателей! В том числе спасая и вашу жизнь! Рэн иронично скривил губы. - Ха! Чтобы проклятый Шен действовал ради других людей? Да все вокруг прекрасно осведомлены, что ты способен действовать только в угоду своей личной выгоде! Не важно, даже если это может показаться со стороны благим делом, – все это хитрость ради удовлетворения своих эгоистичных желаний, а на чувства и жизни других людей тебе глубоко плевать! Шен стоял, словно на него ушат воды вылили. Несвежей. Из окрестного болота. «Да черт тебя подери, Шен!! Как можно было быть такой гнидой?!» Рэн говорил об этом так убежденно, что Шен сам бы поверил, не знай он мотивов своих поступков. Точнее… Ну, мотивов он и сам толком не знал, но знал, что делал все это не из-за злого умысла! С другой стороны на дороге появилось несколько учеников. Они быстро приближались, обсуждая что-то, но остановились и замолчали, заметив старейшин Шена и Рэна. - Чего вам надо, старейшина Рэн? – разозлился Шен. – Хотите, чтобы я признал злой умысел? Или, может, желаете публичных извинений? - Хм, - Рэн ухмыльнулся и сделал вид, что всерьез раздумывает над этими предложениями. – Я бы не отказался от обоих вариантов. Но думаю, справедливее будет, если вы просто вернете артефакты, присвоенные на поляне духов, совету старейшин. «Да что он вообще несет? Какие артефакты??» - Я не понимаю, о чем вы, - искренне, но крайне высокомерно, произнес Шен, решив уйти отсюда. Не было никакого смысла оставаться стоять на месте, продолжая бесплатное представление для учащихся, которых собралось уже неприлично много. Когда Шен поравнялся с Рэном, собираясь надменно пройти мимо, больше не обращая на него внимание, тот выхватил меч и направил его на хозяина Проклятого пика. Шен уставился на кончик меча, нацеленный на его горло, чуть нахмурившись. - Чего вы добиваетесь, старейшина Рэн? Неужели желаете бросить мне вызов? - Я желаю требовать справедливости! Немедленно идем со мной на собрание старейшин и решим все честным путем! Пойти или отказаться? Конечно, он мог бы спокойно проигнорировать Рэна и вряд ли тот решился бы что-то сделать. С другой стороны, если это желание всех старейшин – он может еще больше ухудшить их взаимоотношения, если проигнорирует это. И все же, все, чего он сейчас желал, – это чтобы его оставили в покое. Он все-таки еще недостаточно здоров. И пусть он не чувствует боли, но предательская слабость лишает уверенности… Но, похоже, другие старейшины, во всяком случае Рэн, не осведомлены, что он все это время провалялся в резиденции брата на пике Золотой зари, а не наслаждался отдыхом в черном замке. И не стоит их посвящать в подробности его истинного самочувствия, а то еще почувствуют слабину и решат воспользоваться моментом. - Хорошо-хорошо, - помахав рукой, покровительственным тоном произнес Шен. – Идем на собрание, если уж вы так настаиваете. Рэна немножко перекосило от этого тона, но он пересилил себя, убрал меч в ножны и резко отвернулся. Шен тихонько вздохнул и последовал за ним. Так как Рэн набрел на Шена совершенно случайно, никто их в зале собраний еще не ждал. Рэн послал сообщение главам пиков с помощью мыслеречи, и Шену пришлось еще битых двадцать минут стоять посреди зала, ожидая первых обвинителей. Он сразу понял, что это именно обвинители, как только увидел выражения их лиц. Расположение они выбрали тоже говорящее: встали так, что Шен оказался словно подсудимый в кругу. На «суде» было пока пятеро: старейшина Рэн, конечно же, а также старейшины Лев, Тельг Веан, Летис и Лунг. - Старейшина Шен, рады, что вы, наконец, почтили нас своим присутствием, - заявила старейшина пика Сиреневого рассвета Летис Лис. Она, кстати, заслуженно занимала звание самой красивой женщины ордена РР, и почему-то страшно ненавидела Шена. «Хорошее начало», - уныло подумал тот. Вслух же нагло заявил: - Вам стоило раньше сообщить мне, что почтенные старейшины жаждут встречи. Я непременно отложил бы все дела, чтобы почтить вас своим присутствием. Красивое лицо старейшины Летис на мгновение исказила вспышка гнева, но тут же женщина взяла себя в руки. - Мы все принимали участие в шествии духов, - продолжила она. – Некоторые из нас явились свидетелями вопиющих действий старейшины Шена. Он всеми силами пытался раскрыть личности своих коллег-заклинателей, чтобы избавиться от конкурентов. И даже с мечом напал на старейшину Рэна! - Что? – искренне поразился Шен. То, что несла эта женщина, было же полным абсурдом. Мало того, что он даже не приближался к другим заклинателям, чтобы как-то пытаться их выдать, так и с Рэном… Напал с мечом?! Да если бы он обнажил свой меч – духи тут же набросились бы на него самого! Если уж на то пошло, то именно Рэн по глупости обнажил свой меч, решив выступить против полчища духов! - Что еще ожидать от проклятого! – тут же поддержал старейшину Летис глава пика Синих звезд Лев. – У этого человека атрофирована совесть! Каждое его действие – образец бесчестия! - Эй, полегче! – запротестовал Шен. – Это старейшина Рэн обнажил свой меч! Я лишь пытался не дать духам разорвать его на кусочки! - Словно мы поверим в такую откровенную чушь! - Пытался помочь старейшине Рэну? С каким таким злым умыслом, хотелось бы знать! - Ответ очевиден, старейшина Лунг! Мерзавец избавлялся от сильных конкурентов! - «Мерзавец»?.. Да как вы смеете? – зло произнес Шен. – Да вас там даже не было. - Я свидетель, - тут же вызвался старейшина Лев. - И я, - молчащий до этого старейшина Тельг. «Но вас… на самом деле наверняка там не было!!» - мысленно возмутился Шен. Он смотрел на окруживших его людей и понимал, что объяснять или отрицать бесполезно. Дело не в том, что они хотят докопаться до правды. Они объединились, чтобы утопить его в придуманной ими же клевете, которую никто не посмеет опровергнуть! Настоящий Шен, должно быть, уже привык попадать в подобные ситуации и мастерски игнорировал нападки и обвинения. Вот только этот Шен впервые сталкивался с такими вопиющими наговорами и несправедливостью, и справиться с нахлынувшими на него эмоциями было очень сложно. А люди между тем продолжали: - На шествии старейшина Шен скорее защищал духов, чем заклинателей! Возможно, тьма уже слишком сильно въелась в его душу. - Духи легко приняли его, будто он один из них. - Не следует ли нам пересмотреть полномочия старейшины Шена? Возможно, ученикам опасно находиться рядом с ним! - Он прогнил насквозь, я давно предупреждал! И так продолжалось довольно долго, в разных вариациях. Шен не видел смысла спорить или отвечать, да им и не нужны были его ответы. Им необходимо было облить его как можно большим потоком грязи, и они успешно с этим справлялись. Через пятнадцать минут подобного представления Шен ощущал себя так, будто на него излился водопад из помоев. Его руки и плечи слабо подрагивали от еле сдерживаемой ярости. Как раз, когда старейшина Летис Лис делилась соображениями о том, каким именно очерняющим душу образом присутствие Шена действует на учащихся и простых людей и как именно его следует изолировать, чтобы спасти невинные жизни, в зал собраний вошли старейшины Муан Гай и Заг. Муан никак не думал, что первая их встреча после пробуждения Шена будет в подобных обстоятельствах. Оглядев тонкую фигуру, стоящую в центре образованного круга и терпеливо сносящую оскорбления, Муан удивленно насторожился. С Шеном определенно было что-то не так, раз он позволил ситуации дойти до таких масштабов. Нет, он и раньше иногда оказывался в подобном «порицательном кружке», но всегда с достойным восхищения высокомерием сносил все нападки, отбивал все остроты и еще умудрялся припугнуть некоторых старейшин, чтобы рот открывать не повадно было. Сейчас же он стоял, опустив голову, и позволял раз за разом хлестать себя едкими словами. Причем своим смиренным поведением умудрился раззадорить даже тех старейшин, которые обычно боялись сказать ему что-то в лицо. На мгновение Муан Гаю показалось, что Шен сейчас покачнется и упадет на пол, теряя сознание. Но через мгновение он понял, насколько ошибался. Шен сжал трясущиеся руки в кулаки, аура его резко переменилась, начиная источать угрозу. Все старейшины резко заткнулись и уставились на него. Некоторые чуть попятились. - Я же говорил! – вякнул кто-то. – Говорил, что он опасен! Он себя не контролирует! Шен медленно поднял голову, в глазах его читалась еле сдерживаемая ярость. Казалось, убийственная аура вокруг него стала плотнее. - Приготовьтесь к бою! – крикнула Летис Лис, обнажая меч. Муан дернулся, собираясь бежать в гущу событий, даже не определившись, на чьей стороне будет выступать. - Что здесь происходит?! – по залу прокатился оглушающий голос, заставляющий всех присутствующих замереть на месте. В помещение быстрым шагом ворвался Шиан. - Старейшина Летис Лис! Вы в своем уме? Вы обнажили свой меч на собрании старейшин! Шен! Успокойся! Убийственная аура вокруг Шена быстро истаяла. Ему стоило огромных усилий, чтобы не покачнуться. Старейшина Летис Лис после слов Шиана тут же убрала свой меч и склонилась в поклоне, извиняясь за содеянное. Еще раз окинув собравшихся взглядом, Шиан принял решение и, взглянув на Шена, холодно произнес: - Шен! Тебе следует возвратиться на пик Черного лотоса. Мы со старейшинами обсудим случившееся и позовем тебя, когда решение будет принято! Шен догадывался, что это так-то тоже не очень-то вежливо и стоило бы возмутиться, но не хотел находиться здесь, а уж тем более снова пытаться что-то объяснять, более ни минуты. Поэтому слегка кивнув Шиану, он резко развернулся и на пределе своих актерских способностей надменно подняв голову быстро покинул зал.