Ruvers
RV
vk.com
image

Возродиться вместе с заклятым врагом в день свадьбы

Разница в обращении

Глава 34. Разница в обращении Линь Цянь и Чжэн Пинцин как обычно ходили в школу вместе. Обиженный Сюй Яо следовал за ними. Хотя выяснилось, что он все еще был лучшим другом Линь Цяня, в этот самый момент Сюй Яо не чувствовал, что его повысили до этой желанной должности. Наоборот, он чувствовал, что он «ослепительно сияющая лампочка». – Вот, молоко, – Чжэн Пинцин вручил Линь Цяню коробочку с молоком. С тех пор, как Линь Ячжи приказали не готовить, Чжэн Пинцин стал ответственным за завтрак своего парня. Линь Цянь принял коробку и вставил соломинку. Он уже собирался начать пить, когда Чжэн Пинцин положил на нее руку. – Подожди, не пей натощак. Сначала съешь булочку. Линь Цянь взял у Чжэн Пинцина сладкую булочку, испускающую соблазнительный аромат. Сразу было видно высокое мастерство пекарни. Линь Цянь немного сморщил нос. – Слишком сладко, чтобы есть по утрам. Чжэн Пинцин попытался уговорить его. – Сначала наполни чем-нить живот. Подожди до школы, поблизости есть магазин, я куплю тебе миску с жареными пельмешками. И вот Линь Цянь откусил булочку. – Будет слишком сухо. Чжэн Пинцин давно приобрел нужные навыки, искусно справляясь с сложившейся ситуацией. – Я знаю, знаю. Зеленый лук вместо кориандра и маленькая ложка масла чили, верно? Я смешаю это с пельмешками, чтобы они не слипались. Линь Цянь удовлетворенно кивнул. – Угу. Сюй Яо, с которым обращались как с воздухом: «……» На самом деле, Чжэн Пинцин приносил Линь Цяню завтрак каждый день. И если Линь Цянь в тот день занимался физкультурой, то в дополнение к завтраку Чжэн Пинцин готовил закуски. Тем не менее, в то время Сюй Яо был невежественным и простым, всегда считая, что это был подлый способ, который придумал Чжэн Пинцин, чтобы украсть его друга. Как брошенная наложница, Сюй Яо время от времени напоминал Линь Цяню, что его не должны подкупать маленькие уловки Чжэн Пинцина. И теперь, когда он знал правду, Сюй Яо страстно желал, чтобы он оставался невежественным дураком. По крайней мере, тогда он еще бы мог смотреть на эту сцену. Но теперь у него было постоянное желание ослепить себя. Сюй Яо впервые понял, что иногда можно быть самым счастливым, когда ничего не знаешь. И он не знал, казалось ли это ему или нет, но Сюй Яо чувствовал, что с тех пор, как он узнал реальное положение дел, Чжэн Пинцин стал более безудержным. Хотя он был чрезмерным, Чжэн Пинцин все же проявлял некоторую самодисциплину, когда Сюй Яо не знал правду. Но теперь, он выглядел так, как будто хотел накормить Линь Цяня прямо здесь и сейчас. Тем временем Чжэн Пинцин все еще суетился вокруг Линь Цяня. – Кстати, какой суп ты хочешь? Суп, который они дают с пельмешками, не очень питателен. Мне купить дополнительно тушеное мясо, курицу или ребрышки? Услышав постоянную болтовню о еде от Чжэн Пинцина плюс с сладкому аромату сдобы, Сюй Яо не мог не сглотнуть. «Урррк…урррк ~» Чжэн Пинцин: «……» Линь Цянь, который думал о том, какой суп он должен выбрать, тоже повернулся к Сюй Яо. – Ты еще не завтракал? Ситуация Сюй Яо отличалась от ситуации Линь Цяня и Чжэн Пинцина. Навыки кулинарии в его семье были вполне нормальными. Сюй Яо обычно встречался с Линь Цянем после завтрака, поэтому двое других устраивали завтрак только для себя. Со временем они стали игнорировать Сюй Яо, пока ели… Сюй Яо внутренне проклинал себя: «Этот бесчестный живот!» Пытаясь делать вид, что ничего не произошло, юноша ответил: – О, моя мама в командировке, так что просто дала мне денег, чтобы я купил немного еды. То есть он ничего еще не ел. Линь Цянь и Чжэн Пинцин переглянулись. Подумав немного, Чжэн Пинцин достал из сумки еще одну коробочку молока и протянул Сюй Яо. – Вот, держи младший брат [小舅子 [xiǎojiùzi] – младший брат жены]. Сюй Яо мгновенно взорвался. – Как ты только что меня назвал! Чжэн Пинцин, который выглядел так, как будто сказал само собой разумеющееся, объяснил: – Ты брат моего парня, поэтому, конечно, будешь моим младшим братом. Что с этим не так? Сюй Яо не мог не пожаловаться Линь Цяню: – А’Цянь, он несет чепуху! Линь Цянь задумался над этим, затем повернулся к Чжэн Пинцину. – Он прав, это не совсем верно. При этом Сюй Яо гордо выпрямился и посмотрел на Чжэн Пинцина с поднятым подбородком. – Слышал это? Ты не прав. Он знал, что только Линь Цянь мог справиться с Чжэн Пинцином. Если его друг скажет что-то против, Чжэн Пинцин не посмеет говорить эту ерунду. Затем Линь Цянь продолжил, поправляя его. – Сюй Яо немного старше меня. Строго говоря, вместо этого ты должен называть его старший брат [大舅 [dàjiù] – старший брат жены]. Было бы неправильно игнорировать его возраст. Сюй Яо: «……» – Я был неправ, – Чжэн Пинцин снова предложил Сюй Яо пакет молока. – Старший брат, пожалуйста возьми, мы ведь семья. Сюй Яо протянул дрожащую руку и принял молоко. Задыхаясь некоторое время, он понял, что что-то не так, и сразу же посмотрел на Линь Цяня, чтобы пожаловаться: – Почему старший брат? Разве не должен быть дядя [伯父 [bófù] – старший брат отца]?! Губы Линь Цяня дрогнули. – Не кажется ли тебе, что называться дядей немного неправильно? Сюй Яо немного подумал об этом. Но в конце концов, то, что тебя назвали старшим братом жены, имело слишком много неправильных последствий, ах! Чжэн Пинцин добавил к хаосу: – Тогда я должен называть тебя старшей сестрой [大姨子 [dàyízi] – старшая сестра жены]? Сюй Яо снова задохнулся. Он долго стискивал зубы. Как лучший ученик он владел разными способами убить кого-то без крови. Он повернулся к Чжэн Пинцину и сказал: – Поскольку мы все – семья, я больше не могу называть тебя «одноклассник Чжэн». Как насчет того, чтобы я начал называть тебя невесткой [嫂子 [sǎozi] – жена старшего брата]! Сказав это, Сюй Яо не смог сдержать зловещую улыбку. И ждал, когда Чжэн Пинцин разозлится на него, чтобы он мог воспользоваться возможностью, чтобы Линь Цянь понял важность обращения. Но Чжэн Пинцин действовал совершенно не так, как ожидал Сюй Яо. Вместо этого его глаза загорелись, когда он услышал слова Сюй Яо. В восторге он сказал: – Да, конечно, мы семья! Я рад получить одобрение старшего брата! Сюй Яо: «……» Это он был слишком небрежным, или просто Чжэн Пинцин был слишком бесстыдным? Очевидно, он был учеником старшей школы, но Сюй Яо внезапно почувствовал, что слишком молод, чтобы понять мысли этих влюбленных. Грустный Сюй Яо почувствовал, что у него совсем нет сил, и для того, чтобы пополнить запас энергии, он оцепенело начал снимать упаковку с трубочки. После того, как он внимательно посмотрел на коробку с молоком, его лицо снова потемнело. – Почему ты дал молоко, сделанное специально для детей? – О, – ответил Чжэн Пинцин. – Это потому, что я хотел настоящего молока. В конце концов, Линь Цянь был лучшим другом Сюй Яо. Линь Цянь думал, что не должен позволять Сюй Яо пить натощак. Он спросил: – Хочешь немного моей булочки? Я дам тебе половину? Чжэн Пинцин поспешно сказал: – Нет, нет, тебе не нужно этого делать, у меня есть еще. Он открыл свою сумку и достал пакет с сдобой, а затем передал его Сюй Яо. Сюй Яо посмотрел на булочки, которые ему предложил Чжэн Пинцин. Будь то упаковка или сами булочки, сдоба сильно отличалась от той, которые держал в руке Линь Цянь. Чжэн Пинцин объяснил: – Пока я покупал булочку, я увидел, что эти продаются со скидкой, поэтому купил их. Я планировал скормить их Дун Минэну и остальным. В последнее время они усердно учатся. Со сложным выражением лица Сюй Яо сказал: – Ты знаешь, почему на них делают скидку? Когда Чжэн Пинцин покачал головой, Сюй Яо, лишенный выражения, показал ему наклейку со сроком годности на задней части пакета. – Потому, что срок годности скоро истечет. – Понятно, – Чжэн Пинцин хлопнул в ладоши. – Тогда тебе лучше есть их быстрее. Затем Чжэн Пинцин повернулся к Линь Цяню и сказал: – Не беспокойся о нем и ешь медленно. Не подавись. Эта булочка была испечена только этим утром. Когда я ее купил, она была еще теплой. Сюй Яо: «……» Я хочу стать невидимым человеком и скрыть свои шрамы. Сюй Яо, очевидно, еще ничего не ел, но почему он чувствовал себя таким переполненным? В конечном итоге трое пришли на перекресток возле школьных ворот. Чжэн Пинцин повернулся к Линь Цяню и сказал: – Иди вперед и занимайся самообучением. Я пойду куплю пельмешки. – О, купи немного и для Сюй Яо, – сказал ему Линь Цянь, прежде чем повернуться к лучшему другу, и спросил его. – Какие ты хочешь? Хотя Сюй Яо чувствовал себя переполненным, он не мог не начать заказывать: – Я также хочу жаренные пельмешки. Ни лука, ни кориандра, ни перца чили. Да, и немного куриного супа. Чжэн Пинцин выслушал его заказ и заключил: – У тебя слишком много требований. Наличие дополнительного супа также означает, что его нужно будет упаковать в отдельную коробку, поэтому он будет слишком громоздким. Все будет почти таким же, если ты возьмешь стандартный суп к пельмешкам, так что просто выбери его. Возможно, потому что он увидел безмолвное выражение лица своего нового старшего брата. Чжэн Пинцин, недавно назначенная невестка, решил исправить свое отношение и поспешно добавил: – Я угощу тебя, старший брат. Пожалуйста. Молодой человек Сюй Яо внезапно понял, что, когда богатые люди охотно тратят на тебя свои деньги, это может быть не что иное, как небрежность, а готовность тратить свое сердце – проявление привязанности. Чжэн Пинцин уже собирался уходить, но, когда обернулся, то увидел группу небрежно одетых парней, следящих за ними. Группа школьников немедленно преградила путь Чжэн Пинцину, и лидер группы вышел вперед с поднятым подбородком. – Доброе утро, Босс Чжэн. Линь Цянь и Сюй Яо, которые собирались уходить, остановились. Линь Цянь смутно мог опознать этих учеников. Он знал, что они должны быть учениками того же года, что и они, но не мог вспомнить, кто они. Но Сюй Яо, единственный нормальный человек из них, который жил в это время, сразу узнал группу. Он начал ругаться: – Это банда из 7 класса! Чего они хотят? Классы в школе №12 были организованы в соответствии с оценками. Чем хуже были оценки человека, тем больше был номер его класса. Последним классом был, конечно, 8 класс. Будучи главным Боссом 8 класса, Чжэн Пинцин и его младшие братья, естественно, были худшими хулиганами во всей школе. Но это не значит, что у них нет конкурентов. Например, в 7 классе появилась небольшая группа, которая также доставляла учителям сильную головную боль. Именно эта группа сейчас находилась перед Чжэн Пинцином. Их лидером был парень по имени Го Данли, и он был известен тем, что имел два больших недостатка. Го Данли улыбнулся, когда его взгляд скользнул по телу Чжэн Пинцина. Затем он повернулся к Линь Цяню. С преувеличенным удивлением он сказал Чжэн Пинцину: – Вчера, когда я увидел фотографию контракта между боссом Чжэн и лучшими учениками о некоторых дополнительных уроках, я подумал, что он был составлен кем-то, кто пытается разрушить твою репутацию! Я подумал: «Как мог Босс Чжэн подписать такую вещь?» Я не ожидал… увидеть вас вместе. Ты действительно планируешь сейчас следовать за Линь Цянем? Выражение лица Го Данли было таким напыщенным, а тон звучал еще более зловещим. Несколько его братьев позади также последовали его примеру и захихикали. Все смотрели на Чжэн Пинцина, ожидая, когда он гневно взорвется. Расслабленный Чжэн Пинцин не мог быть обеспокоен этой группой людей. Парень сделал шаг назад и с отвращением усмехнулся: – Да, я уже человек Линь Цяня. Ты хотел преподнести мне поздравительный подарок? Сюй Яо: !!!! Глаза Сюй Яо расширились от неверия. Он серьезно сомневался, правильно ли он услышал Чжэн Пинцина. Действительно ли тот сказал эти слова среди бела дня и среди большой толпы? Своим бывшим конкурентам?! Что это за «я человек Линь Цяня»!!! Он понимает, что говорит? Даже когда он был шокирован до смерти, Сюй Яо все еще не забывал проверить реакцию Линь Цяня. Но когда он посмотрел на друга, то увидел, что Линь Цянь был так же безразличен, как и обычно. Сюй Яо был в растерянности. Он действительно неправильно услышал? К счастью, судя по выражению лица Го Данли, Сюй Яо мог сказать, что его слух был неплохим. Проблема была в глупом Чжэн Пинцине! Го Данли и представить не мог, что Чжэн Пинцин ответит таким образом. Последующие насмешки, которые он заранее приготовил, больше не могли быть использованы. Более того, поскольку Го Данли был слишком удивлен, выражение его лица было немного глупым. К счастью, у Го Данли были его младшие братья, которые могли помочь. Ли Гао, второй заместитель их группы, вышел вперед. С усмешкой он сказал Чжэн Пинцину: – Если это правда, то не думаю, что прозвище «Босс Чжэн» тебе больше подходит. Почему бы не передать должность «Босса» нашему старшему брату? Сюй Яо, который «ненавидел железо за то, что оно не стало сталью», смотрел на Ли Гао так, словно видел свое невинное прошлое. Он действительно хотел закричать во всю силу своих легких: «Чжэн Пинцин только что объявил о своей любви! Ты слепой? Как тут можно сосредоточиться на том, кто должен быть боссом?» Между тем, после того, как Ли Гао упомянул основную причину их противостояния с Чжэн Пинцином, Го Данли наконец-то восстановился. Хулиган кивнул и сказал: – Верно. Поскольку Босс Чжэн… нет, так как одноклассник Чжэн сейчас следует за лучшими учениками и усердно учится, мы могли бы также следовать обычному рейтингу №12. Есть только один человек, которого можно считать следующим «Боссом». Чжэн Пинцин наконец поднял взгляд и медленно огляделся. – Ах, на звание «Босс №12», конечно, может претендовать только один человек. Го Данли улыбнулся самодовольной улыбкой и собирался что-то сказать, когда увидел, как Чжэн Пинцин подошел к Линь Цяню и положил руку ему на плечо. Чжэн Пинцин поднял подбородок к Го Данли и с улыбкой сказал: – Линь Цянь – единственный возможный Босс для №12. Ах, раз ты здесь, то можешь отдать дань уважения. Линь Цянь улыбнулся и с выражением, полным любви к своим детям, сказал: – Босс будет хорошо относиться к вам в будущем. Чжэн Пинцин сморщил нос и сказал: – Не нужно слишком хорошо к ним относиться. Линь Цянь: – Хорошо. Сюй Яо: «……» Ааа, зачем он тогда только пошел на кухню!