Ruvers
RV
vk.com
image

Сосед по школьной скамье не нуждается в утешении

Как только Цяо Шао пришел в себя, он посмотрел на Хэ Шэня. – Что ты только что сказал? Хэ Шэнь вообще не смотрел на еду в полиэтиленовом пакете: – Я голоден. Цяо Шао закатил глаза: – Предыдущее предложение. Хэ Шэнь знал, какое предложение он имел в виду, и спросил: – Почему, тебе нравится Лу Сяо? – Будто это так! – раздраженно возразил Цяо Шао. – Вот и все. Юй Юаньси спросила, нравится ли тебе Лу Сяо или Хэ Шэнь. Если тебе не нравится Лу Сяо, то методом исключения ответом будет Хэ Шэнь. То, как он это сказал, звучало так, будто он сам не Хэ Шэнь! Цяо Шао был так зол, что хотел ударить его палочками. – Хватит говорить глупости! Хэ Шэнь заинтересовался. – Тогда как бы ты ответил на этот вопрос? Цяо Шао холодно сказал: – Мне не нравятся оба. – О… – в один миг Хэ Шэнь продолжил тему. – Тогда кто тебе нравится? В этот момент Цяо Шао не относился к слову «нравится» очень серьезно. Он не думал о том, что значит «нравится» Юй Юаньси. Чистый и простой юный мастер Цяо думал, что это просто друзья, одноклассники или братья. В том смысле, с кем тебе больше всего нравится общаться. С кем хотел общаться Цяо Шао? Конечно, это должен быть… – Чэнь Су, – Цяо Шао выдал оптимальное решение. Глаза Хэ Шэня были полны улыбок. – Почему? «Тебе все еще нужно спрашивать?» Цяо Шао похлопал книгу рядом с собой и радостно сказал: – Он член классного комитета, и очень хорошо учится. Хэ Шэнь поймал решающий момент: – Только потому, что он хорошо учится? – Да! – сказал Цяо Шао. – Я здесь, чтобы усердно учиться, и, конечно, бы общался с трудолюбивыми учениками. – Итак, вот и все, – пробормотал Хэ Шэнь. Цяо Шао не расслышал четко: – А? Хэ Шэнь поднял голову и, глядя ему в глаза, сказал: – В таком случае, я предсказываю, что в ближайшем будущем ты будешь полностью очарован кем-то. Хотя Цяо Шао теперь слышал его ясно, он все еще не понимал: – Кем именно? Хэ Шэнь был в хорошем настроении. Он открыл полиэтиленовый пакет и сказал: – Ты скоро узнаешь. Давай есть. – Кто это? – любопытство Цяо Шао было возбуждено. – Разве Чэнь Су не лучший в нашем классе? Хэ Шэнь достал из полиэтиленового пакета упакованный обед и сказал: – Нет. – Тогда кто? Лин Су? Мо Сяосяо? Он нашел время, чтобы посмотреть результаты последнего ежемесячного теста. Он запомнил всех в первой десятке! – То, что кажется далеко, на самом деле под рукой, – сказал Хэ Шэнь, указывая на себя. Цяо Шао был полон любопытства, но теперь все пропало: – Забудь об этом. Во время теста в прошлом месяце ты был первым – снизу. Хэ Шэнь объяснил: – В то время мне было чем заняться, поэтому я не сдавал тест. В то время была Международная олимпиада по математике, и он отправился на нее, чтобы завоевать честь для своей школы. – До последнего экзамена в семестре осталось еще больше месяца, – холодно сказал Цяо Шао. – Я буду ждать, когда ты поднимешься от того, чтобы быть первым снизу, к тому, чтобы стать первым в классе. Цяо Шао перевелся в середине семестра. Теперь был май, и он подсчитал, что окончание экзаменов будет где-то в середине июня. Они скоро начнутся. Хэ Шэнь разделил бамбуковые палочки для еды. – Можно быть только первым в классе? – Да! – решительно подтвердил Цяо Шао. – Можно быть только первым в классе! Ни второго, ни третьего места! Это покажет тебе, насколько ты дерзок! – Это будет немного сложно, – неторопливо сказал Хэ Шэнь. Цяо Шао ухмыльнулся в своем сердце. – Разве ты не говорил сейчас так уверенно? А теперь ты идешь на попятную? Хэ Шэнь посмотрел на него: – Ты хочешь, чтобы первый во всем городе был просто первым в классе. Разве ты не просишь невозможного? Цяо Шао: «……………………» Хэ Шэнь взглянул на блюдо и сказал: – Эта тушеная говядина очень хороша. Ешь больше. Цяо Шао проглотил большой кусок говядины и успокоился: – Горячий воздух! Ты просто полон горячего воздуха! Весь скот в городе будет парить в воздухе от горячего воздуха, который ты выдуваешь [1]! Хэ Шэнь дал ему еще один кусочек мяса: – Почему ты не веришь мне? Цяо Шао съел еще один кусочек и сказал: – Я верю тебе. Верю, что ты будешь первым в стране. – Я не добивался такого раньше. Он занял первое место в нескольких национальных соревнованиях среди юниоров. Теперь Цяо Шао был убежден, что он король хвастовства! Что за «первый в стране»? Школьные тесты не были стандартизированы. Даже на вступительных экзаменах в Национальный университет никто не посмел бы сказать, что он лучший ученик во всей стране. Цяо Шао был слишком ленив, чтобы разоблачить его. Двое молча закончили обед. Лу Сяо купил две порции риса, и блюда были очень хорошими. Это было во много раз лучше, чем еда в столовой за четыре юаня, которую покупал Цяо Шао. Они полностью прикончили свою еду. Хэ Шэнь посмотрел на него. – Ты ешь довольно много. Почему ты такой худой? Цяо Шао внезапно осознал, что действительно много ел. Большая часть тушеной говядины была у него в животе, и он съел целую коробку риса. Он также выпил половину порции грибного супа. Дома у него был плохой аппетит. Если бы он съел хотя бы пятую часть порции риса, тетя У взорвалась бы от радости. – Было очень вкусно… – объяснил Цяо Шао. – Эта говядина была вкусной. Говядина хорошо сочеталась с рисом, особенно со словами некоего хвастающегося на заднем плане. То, что сказал Цяо Шао, ткнуло в Хэ Шэня, выражение его лица стало немного сложным. «Этот маленький коротышка такой жалкий. Он никогда раньше не ел говядину?» К счастью, Цяо Шао не мог читать его мысли, иначе бы ударил Хэ Шэня по лицу ломтиком говядины Кобе премиум-класса стоимостью в несколько тысяч юаней. Никто не ел в классе во время полуденного перерыва. Первоначально было несколько девушек, которые тайно кидали взгляды, но из-за того, что аура вокруг Хэ Шэня была слишком сильной и необузданной, они не осмеливались подойти, чтобы дразнить их, и они могли только пойти в столовую только на обед. Цяо Шао поел и попил. Когда Хэ Шень собирал мусор, он спросил: – Сколько стоит еда? И лекарство тоже, я… Он не закончил говорить, когда прибыл учитель Тан. Тан Юй сразу же увидел Цяо Шао и подошел, чтобы спросить: – Как твоя лодыжка? Хочешь пойти домой и отдохнуть? Услышав слова «пойти домой», Цяо Шао сразу же напрягся. – Не нужно! Учитель, сейчас мне намного лучше! Тан Юй нравилось серьезного отношение Цяо Шао к учебе, но он также боялся, что его травма может ухудшиться. – Тебе не нужно терпеть. Ты можешь пойти домой и отдохнуть один или два дня. Цяо Шао боялся, что вместо того, чтобы вернуться на день или два, он вернется навсегда. Он сказал: – В этом действительно нет необходимости. Я не хочу идти домой… Затем мальчик сказал: – Думаю, что все в порядке. Травма не должна быть чем-то слишком серьезным, если не опухает. Хорошо слушать занятия в классе. Тан Юй кивнул и согласился. Он снова спросил Цяо Шао: – Ах, да, каковы контактные телефоны твоих родителей? Я не видел их, когда проверил твои записи. Нервы Цяо Шао были напряжены. Он нарочно не написал телефон, опасаясь, что учителя вызовут его папу. – Мой папа не всегда дома, и я не могу дозвониться до него по мобильному телефону, – это не была ложь. Президент Цяо постоянно был на собраниях. В течение дня его личный помощник отвечал на его мобильный телефон. Конечно, Цяо Цзунминь каждый вечер возвращался домой, но Цяо Шао редко звонил ему. Тан Юй был удивлен: – Понятно… тогда твоя мама… Он только упомянул слово «мама», когда лицо Цяо Шао побелело, как снег. Взгляд в его глазах стал пепельным, как будто он стал пустым и бездушным. Тан Юй не смог продолжить. Хэ Шэнь нахмурился. Он сменил тему и сказал: – Уже поздно, Учитель. Я отведу его обратно в общежитие на полдень. – Хорошо-хорошо, – Тан Юй пришел в себя. – Продолжайте, скоро прозвенит звонок на полдень. – Цяо Шао? – Хэ Шэнь позвал его тихим голосом. Цяо Шао вышел из своего состояния. Краски медленно вернулись к лицу, но он не мог сдержать красный оттенок вокруг глаз. Хэ Шэнь почувствовал, как сжалось его сердце, и ничего не спросил. У каждой семьи свои проблемы. Хэ Шэнь знал это лучше, чем кто-либо другой. Именно потому, что он понимал это, он был очень обеспокоен, когда увидел этого жалкого ребенка. Были некоторые виды боли, которые понимали только те, кто это испытал. В здании общежития Цяо Шао испугался слов Хэ Шэня. – Если ты не ответишь, я понесу тебя наверх. Цяо Шао в ужасе повернул голову, глядя на Хэ Шэня, как на дьявола. Видя, что он, наконец, пришел в норму, Хэ Шэнь также вздохнул с облегчением: – Я понесу тебя на руках или на спине. Если ты не ответишь на счет три… – Не нужно! – тихо сказал Цяо Шао. – Помогать тебе подняться по лестнице займет слишком много времени. Цяо Шао наклонился ближе к нему и прошептал: – С таким большим количеством учеников, если я позволю тебе нести меня на спине, у меня не будет больше достоинства, чтобы показаться! – Тогда я понесу тебя на руках. У Цяо Шао заболела печень. – Тогда тебе лучше приготовить мою могилу! Хэ Шэнь посмотрел на него с удивленным выражением: – Ты даже не девушка, но все еще боишься прикосновений [2]? – Это не вопрос прикосновений, ясно? –серьезно сказал Цяо Шао. – Это вопрос достоинства! Хэ Шэнь был ошеломлен, но также очень удивлен. Цяо Шао настаивал: – Просто возвращайся, я могу просто держаться за перила и подтянуть себя. – Пошли, – Хэ Шэнь поддержал его маленькую руку и сказал: – Уж если провожаешь Будду, так провожай до самого западного неба [3]. Я уже принял это задание от Лао Тана. Цяо Шао увидел, что парень больше не ведет себя как демон, и сосредоточился на подъеме по лестнице. Как только они достигли второго этажа, они встретили группу шумных мальчиков. Они не знали, какой шутник был настолько смелым, чтобы бегать с мешком для мусора в руках. Цяо Шао чувствовал, что ему нужно остерегаться этого мешка мусора, но, к сожалению, у него была повреждена нога. Дух желает, но сердце слабо, и поэтому… Мешок для мусора был прислонен к его груди. Мальчик сильно удивился. Он обернулся и был изумлен, увидев большое пятно на груди своего одноклассника. – Мне очень жаль… Цяо Шао: «……» Хэ Шэнь нахмурился: – Что ты делаешь, бегая по коридору? Он боялся ухудшить состояние ноги Цяо Шао, поэтому не смел оттащить его прямо сейчас в сторону. Мальчик извинился, стыдясь до смерти. Хотя Цяо Шао был расстроен, он также знал, что мальчик не хотел, чтобы это произошло. Он сказал: – Все в порядке… это не имеет значения. Мальчик сказал: – Сними одежду и дай мне постирать! Цяо Шао не хотел быть выставленным голым посреди бела дня. Он покачал головой и сказал: – Нет необходимости, я могу постирать сам. Мальчик снова сказал: – Тогда, по крайней мере, позволь мне заплатить тебе… – Нет необходимости, нет необходимости, – Цяо Шао отмахнулся. – Я все еще могу носить ее после того, как постираю. Затем он посмотрел на Хэ Шэня и сказал: – Пойдем, я могу принять душ, когда мы поднимемся. Лицо мальчика выглядело совершенно смущенным, и он мог только извиняться. Двое наконец смогли подняться на пятый этаж, и в комнате в общежитии никого не было. Цяо Шао посмотрел на свою одежду, чувствуя себя подавленным. – Где твоя одежда? – спросил Хэ Шэнь. Цяо Шао спокойно на него посмотрел. Хэ Шэнь был поражен: – Не может быть, чтобы у тебя была только одна футболка. Это было слишком плохо. Глаза Цяо Шао стали еще более обиженными. – Есть еще одна. Та женская футболка Pure Love, с которой ты обманул меня при покупке. ___________________ [1] 牛吹 [niū chuī] – означает хвастаться, буквально состоит из слов «корова» и «дуть». [2] 授受不亲 [shòushòu-bùqīn] – запрет женщинам и мужчинам передавать из рук в руки друг другу какие-либо предметы (в конфуцианской традиции). [3] 送佛送到西天 [sòng fó sòngdào xītiān] – «уж если провожаешь Будду, так провожай до самого западного неба»; в значении: если взялся помогать, так помогай до конца.