Ruvers
RV
vk.com
image

Система классного руководителя

Лу Сяо Пан превратился в маленькую гору, а Чжоу Лай вместо маленького ангела стал «большим ядовитым языком»

Глава 24. Лу Сяо Пан превратился в маленькую гору, а Чжоу Лай вместо маленького ангела стал «большим ядовитым языком» B день шестидесятилетия Жэнь Чжу Hин Сюнь разбудил возлюбленного рано утром, заботясь о его здоровье. В жизни Учителя Жэнь было два важных интереса. Помимо еды, он любил спать, пока не проснется сам. И несмотря на прожитые вместе десятилетия, привычка профессора Нин будить его на рассвете для тренировки по-прежнему вызывала у него недовольство. В настоящее время эти двое уже не были прежними красивыми молодыми людьми, а красивыми, полными жизненной силы стариками. Профессор Нин потерял счет, сколько аспирантов вышло в мир под его руководством, но он по-прежнему считал себя молодым человеком. – Вставай с постели. Сегодня твой шестидесятый день рождения. Группа маленьких медвежат требует отпраздновать его. Места в «Золотом саду» уже зарезервированы на полдень. Виновник торжества не может опаздывать. Эти слова казались вполне разумными. Однако, подняв свой телефон с кровати и взглянув на экран, учитель Жень тут же с ненавистью швырнул мобильный прямо в голову профессора Нин, который как раз одевался. Сейчас только 5:30 утра! Чтоб тебя! Профессор Нин ловко поймал летящий телефон, как будто на его затылке внезапно выросли глаза. Обернувшись, он улыбнулся: – Дорогой, мы уже старые. Ложиться и вставать пораньше полезно для нашего тела. Делай упражнения каждое утро, чтобы ты мог прожить дольше. Видя, что я хочу быть с тобой до глубокой старости, поторопись и встань с постели, а затем проводи меня на прогулку с собаками. К таким уговорам и повторению одного и того же каждое утро Учитель Жэнь уже выработал хороший иммунитет. Поначалу он все еще хотел снова закрыть глаза и немного поспать, но внезапно замер и о чем-то задумался. Нин Сюнь был несколько удивлен, когда увидел, что ему удалось сегодня так легко разбудить Жэнь Чжу. Собравшись сказать что-то, он услышал вопрос: – Сегодня мой шестидесятый день рождения? Нин Сюнь улыбнулся и кивнул: – Да. Ты счастлив? Удивлен? Ты уже забыл об этом? Однако и Лу Сяо Пан, и Чжоу Лай помнят это очень четко. Не говоря уже о том, что ты лучший учитель в стране. Из твоих рук вышел не один десяток талантливых студентов Киотского университета, дюжина профессоров, несколько провинциальных членов партии и влиятельных бизнесменов. Если бы не тот факт, что ты уже на пенсии, возможно, эти богатые и влиятельные люди захотели бы отнести тебя домой, чтобы ты стал их семейным сокровищем. Услышав подобное, Жэнь Чжу засмеялся и закатил глаза: – Заткнись, не создавай проблем. Сказав это, он вдруг подумал о безудержном поведении этого человека по отношению к нему в тот год, когда они впервые сидели рядом в автобусе. Он не мог не улыбаться. После того, как они погуляли с Да Хуан и Да Хуа [1] и позавтракали, профессор Нин вытащил Учителя Жэнь побродить по торговому центру, купив ему новый комплект одежды и взамен получив комплект для себя. Двое шестидесятилетних красивых стариков в красных праздничных костюмах Тан [2] выглядели так, словно их сын или дочь выходили замуж. Во всяком случае профессор Нин был очень рад этому, и, видя его счастливый взгляд, Жэнь Чжу также был счастлив. В 10 часов утра профессор Нин повез возлюбленного на своем старом «Бенце» в «Золотой сад». – Каждый раз, когда я еду по этой дороге, я вспоминаю о том времени, когда мы собрались вместе с 6.8 классом. В то время вы с Чжоу Лаем ехали на маленьком электрическом скутере и хвастались передо мной. Мой старый «Мерседес-Бенц» тогда осмелился заглохнуть. Даже я посмеялся над той ситуацией. Жэнь Чжу тоже думал об этой сцене и был слегка доволен собой. Он сказал: – Итак, как я и говорю, сейчас стало намного больше автомобилей, а ты управляешь «Бенцем» лишь для того, чтобы выставить себя напоказ. Мой маленький электрический скутер гораздо удобнее. В тот раз, когда мы отправились на продуктовый рынок, смог бы въехать туда твой большой «Бенц»? Это именно мой скутер привез все продукты. Профессор Нин снова улыбнулся, а затем внезапно вздохнул: – Не знаю почему, но в последние дни я все время думаю о прошлом. Возможно, это потому, что я действительно старею? Однако я действительно не понимаю, почему мои руки такие неуклюжие. Я учился так много лет, и все равно остался профессиональным кухонным убийцей. Возможно, в этой жизни надежды нет. Если впереди будет следующая жизнь, я обязательно сделаю тебе самую вкусную еду. Услышав это, Жэнь Чжу на мгновение замер, а спустя некоторое время он кивнул: – Если ты сможешь приготовить мне самую вкусную еду в следующей жизни, я буду усердно ждать. Даже если ты меня не узнаешь, я сам найду тебя. В конце концов, я всю жизнь ел неприятную пищу. Я тоже должен жить комфортно. Машина вдруг наполнилась смехом Нин Сюня. И пока он смеялся, Жэнь Чжу почувствовал легкую грусть в своем сердце. За эти десятки лет «Золотой сад» уже несколько раз обновлялся. Однако, как бы его ни ремонтировали, роскошь и экстравагантность всегда были достойны его названия. Когда приехали Жэнь Чжу и Нин Сюнь, перед дверью собралось несколько сотен человек из высшего общества, мирных и радостных. Посреди них всех, безупречно одетые в западном стиле, словно прямиком из телеэфира, Чжоу Лай и Лу Панбан вышли вперед. Они одновременно вытянули руки с двух разных сторон, а затем крепко обняли Жэнь Чжу. Рядом с ними профессор Нин выглядел несколько недовольным. Все взревели от смеха. – Ты, тот парень, который все время говорит: не борись со мной за учителя! Каждый год ты всегда сражаешься со мной, как ты можешь быть таким хлопотным? Кроме того, сколько раз я говорил тебе не браться за судебные дела, связанные с некоторыми большими людьми? Ты воспринимаешь то, что я говорю как ветер, пролетающий мимо твоих ушей? Каждый день тетя звонит мне и говорит, чтобы я присматривал за тобой. Не мог бы ты задуматься об этом хоть на мгновение? С этими словами яркий красивый молодой человек, чье тело было высоким, как маленькая гора, и на первый взгляд выглядело так, как будто у него было много сил, уставился на изысканного мужчину рядом с ним. Излишне говорить, что этот высокий молодой человек был Лу Сяо Паном. Лу Сяо Пан уже вырос в Лу Сяо Шаня [3]. Его лицо сияло уверенной улыбкой лидера. Изысканный мужчина рядом с ним, Чжоу Лай, приподнял очки в золотой оправе и тихо усмехнулся: – Заткнись, толстячок! Тетя Лу звонит мне каждый день и говорит, чтобы ты не ухаживал за смертью. Как я слышал, несколько дней назад ты помог полиции поймать современного Джека Потрошителя? Действительно способный. Ты чуть не довел тетю и дядю до сердечного приступа. И это ты велишь мне думать? Я в основном просто говорю, но ты играешь со своей жизнью. Посмотрев на этих двух людей, которые уже собирались снова ссориться, Жэнь Чжу как обычно хлопнул их обоих по спине: – Если хотите драться, то идите наружу. Не отрывайте меня от еды. Кроме того, игнорируя своего Учителя Нин, вам стоит быть осторожнее, чтобы он не загипнотизировал вас позже. Рассказав, чего не следует, вы потеряете лицо. Парочка тут же начала заискивать перед Нин Сюнем, но он только насмехался над ними и высмеивал. Если дело не касалось его любимого, профессор Нин всегда был холоден и остер на язык. Празднование шестидесятилетия Жэнь Чжу было очень оживленным. Все, от успешного бизнесмена до простого ученика, подходили, чтобы выпить за него чаю и поболтать с ним. С самого начала Чжоу Лай и Лу Панбан были рядом и охраняли его, словно были кровными детьми Учителя Жэнь. Во время этой встречи учитель, как всегда, отвечал только за улыбку, кивок и питье чая. Нин Сюнь в одиночку заботился о большинстве тостов и разговоров. Даже ученики Жэнь Чжу уже давно привыкли к этому. Как будто эти два человека и должны быть именно такими. Появляясь по отдельности, они всегда были холодны и строги. Но когда они сопровождали друг друга, сразу становились мягкими и доброжелательными. Встреча продолжалась до вечера, и ученики 6.8 класса сопровождали их до самого конца. После этого каждый ученик крепко обнял своего любимого учителя и поблагодарил его за изменение своей жизни. В самом конце Лу Панбан и Чжоу Лай достали маленькую красную коробочку. Чжоу Лай толкнул Лу Панбана локтем, и Лу Сяо Шань произнес: – Вот, Учитель. Ранее, когда вы двое уехали за границу, чтобы обручиться, у меня и Чжоу Лая не было подарка. Это наша компенсация. В то время мы не очень вас понимали. Однако теперь мы чувствуем, что вы действительно пара. Нин Сюнь улыбался от уха до уха. Он открыл коробку и увидел два простых серебряных кольца с именами, выгравированными на внутреннем ободке. По-прежнему широко улыбаясь, Нин Сюнь взял кольцо и надел его на палец Жэнь Чжу. Затем он протянул собственный палец, и его намерения не могли быть более очевидными. Жэнь Чжу мог только улыбаться. Покачивая головой, он надел кольцо на палец этого мужчины. Затем он услышал голос системы, которую не слышал очень долгое время. [Дин. Приготовьтесь войти в загробный мир. Хозяин, пожалуйста, закройте глаза.] Жэнь Чжу резко распахнул их. Его улыбка стала жесткой, но затем он снова расслабился. Он схватил Нин Сюня за руки и сказал: – Я буду ждать тебя в следующей жизни. Глаза Нин Сюня расширились, и не успев ничего сказать, он увидел, как человек, бывший таким сильным всего минуту назад, внезапно упал. – A’Чжу?! Перед глазами Жэнь Чжу стояла тьма. Открыв их снова, он почувствовал сильный и пленительный аромат. Однако это наслаждение быстро сменилось болью в животе. И в ушах зазвучали крики тревоги. – Что случилось с Учителем Жэнь? – Боже мой! Господина Ма рвет пеной! – Быстро вызовите скорую помощь!!! Через десять минут Жэнь Чжу уже лежал в машине скорой помощи с разбитым сердцем, слушая, как система объявляет ему задачу. [Миссия этого мира: спасти отравителя.] Жэнь Чжу: «……» Хе-хе. Миссия все еще звучит чертовски лаконично. Даже не дает мне ни единого намека. ______________ [1] Имена их собак: Большой желтый и Большой цветок. [2] Традиционная китайская куртка. [3] Лу «маленький толстяк» превратился в Лу «маленькая гора».