Ruvers
RV
vk.com
image

Разработка реформационной стратегии злодея

Явь

Верховный демон Сюань Ли с легкой улыбкой на устах неожиданно ворвался в комнату через окно: – Два нефрита на стадии Духа… Проведя во сне так много лет, я никогда бы не подумал, что по пробуждении обнаружу среди молодого поколения таких талантливых людей: смогли целыми и невредными вырваться из Сердца демона, да еще и уничтожить мое первоначальное тело. Очень впечатляет. Лучше бы он не поднимал этой темы: при упоминании тех событий Юнь Се тотчас вспомнил, как будучи зачарованным ранил Цзян Сюньи. А ведь он с самого детства считал Цзян Сюньи величайшим сокровищем. Хотя после того случая Юнь Се на первый взгляд вел себя как обычно, он каждую ночь со стыдом и невероятным сожалением вспоминал о произошедшем. Сжав зубы, он обнажил Минхэ с ледяной улыбкой на устах и на глазах у Верховного демона отрубил руку души У Юэ. Боль, испытываемая при ранении души, в десять раз сильнее, чем при аналогичной физической травме. Лицо У Юэ мгновенно исказилось, она хотела закричать, но не смогла произнести ни звука из-за крепкой хватки Юнь Се. Ей оставалось лишь в слезах смотреть на Верховного демона. Сюань Ли улыбнулся: – Как бесславно. И зачем ты только вернулась к жизни? Верховный демон поднял руку и сжал кулак. Душа наложницы тотчас обратилась в шар размером с монету и была поглощена его рукой. Одновременно свободной ладонью он атаковал Юнь Се. Быстро оценив мощь атаки, Юнь Се вложил всю силу в меч и попытался парировать удар. Цзян Сюньи не остался в стороне и поспешил на помощь, напав на Верховного демона. Столкновение трех волн духовной силы сопровождалось колоссальным выбросом энергии. Разумеется, стены не выдержали и комната фактически разорвалась. Все трое отпрыгнули в разные стороны, ловко увернулись от обломков стен и оказались во внутреннем дворе, где их неизвестно с каких пор ожидало множество совершенствующихся. Цзян Сюньи грациозно приземлился на сосну и громко произнес: – Не знаю, зачем господа прибыли на гору Скрытого духа, но плотный график не позволяет мне должным образом принять гостей. Так что, если у вас нет каких-то срочных дел, не соблаговолите ли вернуться восвояси?! К удивлению, после его слов воцарилось молчание. Пришедшие то и дело переглядывались, но никто ничего не говорил. Некоторые даже покраснели от стыда. После минутного замешательства Цзян Сюньи что-то понял и взглянул на Юнь Се. И действительно, тот, казалось, прекрасно понимал, что происходит. В это время от толпы отделился седовласый старец, известный как глава монастыря Цяньчжун*, Сюй Юань. [П/п: 千 钟 观 – «Тысяча колокольных перезвонов»] Старец сперва вежливо поклонился Цзян Сюньи, а затем искренни и любезно сказал: – Господин Цзян, мы были обмануты злодеями и наивно поверили в то, что вы убили собственного наставника. Сперва... изначально мы хотели добиться справедливости ради Бессмертного мастера Ти Мина. Но неожиданно по пути сюда получили письмо от ученика Янсянь. С учетом его содержимого и только что увиденного мы признаем, что обвинили вас незаслуженно… Цзян Сюньи слегка приподнял бровь и взглянул на Юнь Се. Тот с улыбкой кивнул – это действительно его рук дело. Он знал: его близкий друг горд и честолюбив. Скорее всего, даже будучи несправедливо обвиненным, он не станет объясняться. Но даже если Цзян Сюньи закроет глаза на подобное, Юнь Се не мог смотреть как другие порочат имя его возлюбленного. Поэтому той же ночью он написал несколько писем и приказал Юй Хуну доставить их в Янсянь. В них он просил последователей донести правду до глав различных школ и семей. Заметив хвастливое выражение лица Юнь Се, Цзян Сюньи вздохнул про себя, но благодарить все равно не стал, только сухо произнес: – Хм, зря силы потратил. Юнь Се рассмеялся, а юноша повернулся к Сюй Юаню: – В ваших словах есть доля истины. Однако, вместо разбирательств, почему бы нам сперва не остановить Верховного демона? Он еще очень юн, но обратился к собравшимся в несколько приказном тоне. На самом деле это было очень грубо, однако из уважения к человеку, достигшему стадии Духа в столь юном возрасте и прославившегося, а также из-за чувства вины перед ним, никто не осмелился возразить. Сюань Ли презрительно фыркнул: – Сборище бесполезных невежд. Сколько бы вас ни было, вы все равно ничего не сможете сделать. Он резко взмахнул рукой, и тут же из ниоткуда появился черный вихрь, сметавший все на своем пути, будь то трава, камни или даже деревья. Тучи песка и пыли застлали небо. Цзян Сюньи первым оказался в зоне поражения: он поспешно спрыгнул с дерева и отступил на несколько шагов. Юноша быстро сложил печать заклинания. Из его ладоней с ревом вырвался огненный дракон, устремившийся к Сюань Ли. В то же время Юнь Се атаковал с тыла и безжалостно пнул врага обеими ногами, после чего перекувыркнулся через голову и приземлился рядом с Цзян Сюньи. Неожиданно, достигнув Сюань Ли, огненный дракон не причинил ему никакого вреда и был развеян легким взмахом руки. Цзян Сюньи застыл от удивления и в тот же миг внезапно почувствовал острую боль в груди. С уст юноши сорвался приглушенный стон. Он невольно опустился на одно колено и оперся на меч. Верховный демон Сюань Ли в голос рассмеялся и ударил ладонью по духовному щиту Цзян Сюньи. Однако прервал атаку на полпути, бросил на юношу косой взгляд и улыбнулся: – Не желает ли господин Цзян признать себя побежденным? В его на первый взгляд легкомысленных словах сквозила неоднозначная двусмысленность*. [П/п: да, Сюань Ли заигрывает с Цзянушкой] Вдали раздался мощный раскат грома. Небо и земля задрожали. Все вокруг казалось мягким и зыбким. Бескрайний темно-синий небосвод постепенно окрасился в кроваво-красный, а затем и иссиня-черный цвет. Миллиарды звезд мерцали в кромешной тьме, порождая удивительно странную и необъяснимую картину. Цзян Сюньи не уклонялся и не уворачивался, а лишь поднял голову и громко рассмеялся: – Ничтожная иллюзия. Как тут можно не проснуться?!