Ruvers
RV
vk.com
image

После перемещения в книгу я усыновил злодея

Вспомнить

Глава 81. Вспомнить Лицо Ду Пинтин отражало полный шок, к которому также был примешан неведомый ей доселе страх. Впервые она почувствовала, что Шэнь Юй был ей крайне чужд, как будто он сменил личность. Бывший жених никогда не стал бы даже упрекать ее, не говоря уж о том, чтобы так грубо вести себя с ней. Какое-то время Ду Пинтин даже считала, что Шэнь Юй шутит с ней или просто злится, что она без причины исчезла так надолго. И если она перетерпит его плохое отношение к ней, все быстро наладится. Но мрачные глаза мужчины сказали ей, что он не шутил. Ду Пинтин была так напугана, что ее тело задрожало. Еще недавно благородная и яркая внешность исчезла без следа. Она тяжело сглотнула и плачущим голосом произнесла: – Нам есть о чем поговорить. Может сначала отпустишь меня? Только тогда Шэнь Юй отпустил ее. – Не приходите ко мне больше, – сказал он равнодушно. – И не беспокойте моего дедушку. Ду Пинтин нахмурилась, чуть не заплакав, но быстро закивала. А затем, несмотря на высокие каблуки, быстро побежала прочь. По дороге она даже споткнулась, почти подвернув ногу, но не остановилась. Со стороны это выглядело очень жалко. Если бы первоначальный владелец тела был все еще тут, он, скорее всего, был бы огорчен, увидев такое. Не Шэнь Юй мягко покачал головой, а затем некоторое время оставался на том же месте. Когда от Ду Пинтин не осталось и следа, он привел в порядок волосы, спутанные ночным ветром, и, не спеша, вернулся в магазин. Зимние вечера наступают очень рано. К десяти часам вечера весь город уже погружен в ночную тьму. Запомнив предыдущий урок, на этот раз Тан Ли не осмелился подобраться слишком близко и вместо этого припарковал машину перед рестораном через дорогу. Он приоткрыл окно и смотрел на двух людей, которые разговаривали в тускло освещенном переулке. Он уже давно слышал от Тан Мина, что Ду Пинтин вернулась в Китай. Он также знал, что женщина часто ходила в эти дни к старейшине Шэнь, чтобы вернуть хорошее впечатление о себе. Изначально зная, что Ду Пинтин предала Шэнь Юй, и должно пройти некоторое время для психологической перестройки, прежде чем она осмелится снова предстать перед Шэнь Юй, он совсем не ожидал, что эта женщина окажется куда наглее, чем он себе представлял. Наверное, она боялась упустить время. Тан Ли взглянул на пакет с документами, брошенный на пассажирское сидение. Это Чжоу Чэ отдал ему сегодня днем. Чжоу Чэ следил Ду Пинтин в течение нескольких недель, и ему удалось скопировать эту информацию у ее личного врача. Он взял папку и вытащил из нее бумаги. В свете уличных огней он ясно увидел, что на листе написано «четырнадцать недель беременности». Тан Ли держал бумаги в руке, постепенно увеличивая нажим. Враждебность, отразившаяся на его лице, стала почти материальной. Он уставился на Шэнь Юй и Ду Пинтин, которые все еще разговаривали в переулке. Сейчас он очень хотел броситься к ним, чтобы отделить их друг от друга. Когда он увидел, что Шэнь Юй поглаживает Ду Пинтин по щеке, ревность, корчащаяся в его груди, словно хлынула вверх по горлу. Он так и знал, что у Шэнь Юй все еще есть чувства к этой женщине! В этот момент, он хотел схватить молодого человека за плечи, с силой встряхнуть, чтобы разум его хоть немного прояснился и спросить… Ты глупый? Разве ты не видишь, что эта женщина хочет использовать тебя? Она хочет, чтобы ты стал отцом ее ребенка. Хочет, чтобы ты был прикрытием ее разгульной жизни за границей! Почему ты хочешь заботиться о ней? Почему ведешь себя с ней так интимно? Ты забыл, как она когда-то предала тебя? Ты действительно любишь ее до такой степени, что даже плюешь на самоуважение… Тан Ли почувствовал, что сходит с ума, и действия Шэнь Юй ведут его к безумию. Одному богу известно, сколько сил ему потребовалось, чтобы заставить себя успокоиться, положить бумаги обратно в папку для документов, а затем наблюдать, как Ду Пинтин выбежала из переулка и села в машину. Через некоторое время Шэнь Юй тоже вышел. Молодой человек вернулся в магазин и оставался там до одиннадцати часов вечера, прежде чем отправиться домой с тетей Чэнь. Тан Ли завел машину и ненавязчиво последовал за ними, приехав в район, где они жили. С тех пор, как Шэнь Юй заметил его, Тан Ли изменил место парковки, чтобы снова незаметно за ним следить. Оно также было напротив окна спальни мужчины, но положение было немного смещено, и Шэнь Юй было бы трудно заметить его присутствие. Тан Ли специально купил новый автомобиль самой обычной марки стоимостью не более 150 000. Он припарковал свою машину на облюбованном ранее месте, не осмеливаясь открыть окно. Глядя сквозь него, он не мог сосчитать, сколько раз в течение этих месяцев смотрел через темное затонированное стекло в ночь. Пока не загорится свет в окне, и теплый желтый свет мгновенно рассеет темноту вокруг. Тан Ли почувствовал, что его сердце, погруженное в ледяную воду, немного оттаивает. Он знал, что у Шэнь Юй не было привычки сразу ложиться спать. После душа у него всегда были другие дела, которыми он занимался почти час, прежде чем лечь в постель. И этот час, казалось, был самым расслабляющим временем для него. Занятый весь день, Тан Ли уже был сильно измотан. Он прикрыл глаза и незаметно заснул. Во сне он снова увидел знакомую картину. Беспомощный Шэнь Юй со слезами на лице сидел на кровати и с волнением произносил необъяснимые слова. Он услышал, как молодой человек говорит: – Я не Шэнь Юй. Не знаю, куда делся настоящий Шэнь Юй. Я просто прочитал книгу. Когда я проснулся, то оказался в ней. Он также сказал: – Ты персонаж в книге, злодей, а я был пушечным мясом, убитым твоей рукой несколько лет спустя. Между тем картина перед его глазами исказилась и изменилась, в конце концов она превратилась в лицо Шэнь Юй. Он без выражения смотрел на Тан Ли и без каких-либо эмоций говорил: – Ты злодей, я пушечное мясо, мы обречены не быть вместе. Я знал, что не должен был обещать тебе… Тан Ли открыл глаза. В машине не было включено отопление, и он был покрыт холодным потом. Юноша был ошеломлен несколько секунд. Быстро осознав, что происходит, он резко подскочил на месте и машинально посмотрел на окно, свет в котором уже погас. Тан Ли снова расслабился и безмолвно погрузился в темноту. В то же время его хаотическое сознание постепенно прояснялось, и он медленно вспоминал свой сон. За последнее время он много раз видел эту картину во сне. И много раз видел, как плачущий Шэнь Юй произносит эти слова. Но это был первый раз, когда он проснулся и помнил содержание сна. Книга. Злодей. Пушечное мясо. …… Тан Ли искал ключевые слова в фразах Шэнь Юй, и, объединив их, необъяснимо почувствовал знакомое ощущение, как будто действительно пережил эти события. Не зная, было ли это иллюзией, но в этот момент Тан Ли начал сомневаться. Казалось его память была изменена кем-то, кто не только удалил самые важные части, но также наложил много других воспоминаний, которые изначально ему не принадлежали. Это похоже на оконную бумагу без каких-либо повреждений, но когда кто-то пробивает ее, этот разрыв со временем будет становится все больше и больше, пока она не будет полностью уничтожена. Смутно, Тан Ли, похоже, что-то уловил. Эти разбитые воспоминания, как осколки стекла, бушевали в его голове. У него началась жуткая головная боль. Он мучительно прижал руки к вискам и долго боролся, не понимая своих хаотичных мыслей. Через полчаса ему пришлось отказаться. Оставаясь за окном Шэнь Юй до двух часов ночи, Тан Ли все же уехал. Он купил квартиру по соседству, чтобы проводить ночи там, но после этого странного сна уже не мог спать. Подумав некоторое время, Тан Ли отправился прямо в компанию. В этот момент в компании не было никого, кроме дежурных охранников и двух отделов, которые работали сверхурочно. Тан Ли пошел прямо в офис, налил себе стакан горячей воды, а затем включил компьютер и начал работать. В этот момент открылась стеклянная дверь. Тан Ли поднял глаза, только чтобы увидеть, как Тан Мин, одетый в повседневную одежду, прислонил руки к стеклянной двери. Держа сигарету во рту, он со значительным взглядом рассматривал лицо Тан Ли. – Это легендарное сверхурочное безумие. До того, как я достиг твоего возраста, я каждый день сходил с ума, даже не помня своей фамилии. Тан Ли усмехнулся: – Итак, ты достиг этого возраста, и все еще не можешь избежать сверхурочной работы. – Святое дерьмо, что ты имеешь в виду? – Тан Мин убрал сигарету изо рта и недовольно закричал, когда вошел в офис. – Мне двадцать три года, а ты говоришь так, как будто я мужчина за сорок. Тан Ли нахмурился: – Если бы тебе действительно исполнилось сорок, ты не был бы подавлен этой группой стариков. Говоря о старейшинах семьи Тан, Тан Мин расстроился. Обескураженный он сел на диван и его лицо вытянулось: – Если бы они не были так придирчивы, я бы, по-твоему, работал в компании в два или три часа ночи? Они просто используют свой возраст, чтобы заставлять работать юное поколение. Произнеся это, Тан Мин внезапно подумал о чем-то, и глядя в глаза Тан Ли, он мгновенно скис. – Но ты – исключение, – произнес он. – Никто из них не посмеет бросить тебе вызов. Тан Ли равнодушно смотрел на экран компьютера, и десять пальцев негромко стучали по клавиатуре. Он прошептал: – Поскольку я не буду сумасшедшим в этом возрасте, я даже не знаю своего собственного имени. «……» Тан Мин почувствовал, что его сердце разбили. Сегодня была уже третья ночь подряд, когда он работал сверхурочно, столкнувшись с сложным кодом на компьютере. Его голова взрывалась. В этот момент, наконец, Тан Ли добровольно вернулся к работе, и Тан Мин хотел поговорить с ним, чтобы расслабиться. Он говорил уже довольно долгое время, но Тан Ли сосредоточил все свои мысли на работе, даже не ответив ему. Все говорят, что мужчины на работе самые привлекательные. Тан Мин внезапно подумал, что эти слова подходили для любого человека. Даже если сейчас Тан Ли все еще был юношей младше двадцати лет, но когда он сосредотачивался на своей работе, действительно выглядел очень привлекательно. Кроме того, внешность Тан Ли была очень хороша: его брови изящные, фигура высокая. И он, как правило, носил классическую одежду, которая подчеркивала эго прекрасное телосложение. Когда он пришел в компанию около года назад, это взволновало большую часть сотрудниц. Жаль только. Тан Ли настолько совершенен, что в его глазах может быть только один Шэнь Юй. Несмотря на то, что Тан Ли не сказал этого, он намеренно не скрывал свои чувства к Шэнь Юй перед Тан Мином. А он не был слепым или глупым. Только перед ним, глаза Тан Ли сияли, как будто в этом огромном мире он мог видеть только его. Думая о Шэнь Юй, Тан Мин вспомнил одну вещь. – Верно, – Тан Мин, который уже подошел к двери, снова обернулся и с серьезным видом предупредил. – Я предлагаю тебя обратить внимание на действия второго дяди и третьего дяди, которые, похоже, собирают информацию о Шэнь Юй и, возможно, к чему-то готовятся. Услышав это, Тан Ли внезапно прекратил нажимать на клавиши клавиатуры и поднял глаза. Взгляд его глаз был слишком мрачным, и даже сумел напугать Тан Мина. Тан Мин вытер холодный пот с лица и шепотом добавил: – Я слышал, как моя мама сказала, что они также расспрашивали о Шэнь Юй, и узнали, что он только недавно вернулся из храма в Цзиньчэне. Сотрудники храма сказали, что он жил там более шести месяцев… Произнеся это, даже Тан Мин смутился и почесал затылок: – Странно, если Шэнь Юй жил в храме в течение полугода, может ли быть, что Шэнь Юй, с которым я встречался в это время, был призраком? Для Тан Мина это было необъяснимо, поэтому он просто перестал думать об этом, развернулся и вышел из кабинета. Оставив Тан Ли одного, погруженного в шок и долгое время находящегося в прострации. Да! Этот храм и Хуэй Цзин! Наконец он вспомнил это! Первоначально он планировал сопровождать Шэнь Юй после окончания вступительного экзамена, чтобы найти Хуэй Цзина. Он не думал, что уже через два дня Шэнь Юй исчезнет. В то время, он сходил с ума в его поисках. Он спросил окружающих его людей о местонахождении Шэнь Юй, но эти люди уже забыли о нем. Постепенно, он также забыл, кто такой Шэнь Юй. Следующая жизнь для Тан Ли, несомненно, была как у ходячего мертвеца. Он не может полностью контролировать свое сознание. Как будто тело имеет свои собственные мысли. Каждый день он делает то, что он не хочет делать. Его мозг медленно превращается в часы, которые не работают. Он не может ни о чем думать. Даже люди вокруг него говорили необъяснимые слова. Необъяснимо, он захватил семью Шэнь. Необъяснимо, он превратился из обычного студента колледжа в крупного акционера семьи Тан. Необъяснимо, Шэнь Юй и дедушка Шэнь начали ненавидеть и отталкивать его. Каждый раз, когда они смотрел на него, то испытывали только горькую вражду. Все случилось так необъяснимо… Тан Ли даже чувствовал, что он был марионеткой на сцене. И все вместе они разыграли определенный сюжет: его мозг и тело не контролировались им самим, и он следовал сюжетной линии в соответствии с правилами. Сюжет… Да! Шэнь Юй говорил о книге! Ему необходимо найти Шэнь Юй и четко выяснить, что на самом деле происходит.