Ruvers
RV
vk.com
image

После перемещения в книгу я усыновил злодея

Новый год

Глава 37. Новый год В город S они вернулись в канун Нового года. Шэнь Юй попросил тетю Чэнь собрать вещи для него и Тан Ли и переехал в дом старейшины Шэнь, решив не оставаться на праздники в главной резиденции. Стоило им только отъехать, как они получили телефонный звонок от тети Чэнь. Женщина сообщила, что двое родственников семьи Шэнь пришли навестить их, и она уже отослала их под тем предлогом, что Шэнь Юй все еще находится в поездке. Услышав это, Шэнь Юй тяжко вздохнул. Во время каникул всегда есть группа людей, которые могут выяснить, когда он будет дома, и найти причину для посещения, от которой Шэнь Юй не сможет отказаться. В результате все его праздники тратятся на прием посетителей. К счастью, на этот раз он сбежал достаточно быстро, но в последующие дни Шэнь Юй получал подобные сообщения почти ежедневно. Сегодня с визитом явилась семья Шэнь. Завтра пришла семья по материнской линии. Несколько раз обе стороны сталкивались друг с другом, что в конечном итоге вызывало ожесточенную перепалку. Даже просто слушая пересказ тети Чэнь, Шэнь Юй чувствовал головную боль. Темпы жизни в городе были куда выше, а вкус праздника другой. Тем не менее, Шэнь Юй уже давно привык к одиночеству. До перемещения Новый год он проводил в одиночестве в небольшом домике, но теперь, когда его сопровождали дедушка, Тан Ли и другие, он стал куда счастливее, чем раньше. Вечером перед Новым годом они решили отправиться к морю. Пляж был заполнен людьми, вышедшими встретить праздник у воды. Шэнь Юй увидел, как вдоль пляжа бегают и играют дети. Они махали горящими бенгальскими огнями, и вокруг в ночи сверкали красочные искры. Огни были очень красивы. Когда молодой человек увидел эти искры, он попросил дядю Чжана купить много палочек бенгальского огня, а затем все передал Тан Ли. Мальчик держал пакет волшебных палочек и молчаливо смотрел на Шэнь Юй. – Иди и поиграй с ними, – указал Шэнь Юй вдаль, сощурился и улыбнулся. – Когда я был еще младше тебя, мне очень нравилось зажигать фейерверки. При этих словах на лице молодого человека возникло ностальгическое выражение. Тан Ли повернулся и посмотрел в указанную Шэнь Юй сторону. Он увидел, как несколько девчушек его возраста играли неподалеку. Мальчик посмотрел на палочки бенгальского огня в своих руках. Затем Тан Ли погрузился в долгое молчание. Шэнь Юй не знал, что случилось, поэтому, протянув руку, он похлопал Тан Ли по плечу. – В чем дело? – Ничего, – покачал головой Тан Ли, тяжело вздохнул, а потом с нерадостным лицом и руками, полными фейерверков, подошел к девочкам. Шэнь Юй посмотрел на маленькую фигуру Тан Ли, выглядящую торжественно и серьезно, как будто он собирался на великую битву. Молодой человек не смог удержаться от смеха. Он повернулся к дяде Чжану и спросил: – Его реакция слишком необычна. Ему не нравится? – Должно быть так и есть, – предположил дядя Чжан. – Тогда он должен сразу отказаться. Он ведь знает, что я не буду заставлять его, – вздохнул Шэнь Юй. – Если молодой мастер Тан Ли откажет вам, тогда это точно не молодой мастер, – улыбнулся дядя Чжан. – Многие говорят, что ребенок живет с вами, чтобы выжить, но я думаю, что он действительно заботится о вас и даже считает вас своим миром. Шэнь Юй молчал. Каким-то образом на ум пришли слова Хуэй Цзина, которые он сказал несколько дней назад. – Дядя Чжан… – Шэнь Юй с трудом приоткрыл губы. – Как вы думаете… Если я сделаю что-то не так, простит ли меня Каштан? Управляющий помедлил с ответом: – Если молодой мастер Тан Ли совершит ошибку, вы простите его? Шэнь Юй не мог себе представить, какие ошибки может совершить ребенок. Для него самой большой ошибкой, которую мог сделать Тан Ли, было похитить его и отправить в загробный мир ради главного женского персонажа. Однако в настоящее время эта возможность уже значительно уменьшена. Что касается других ошибок… Пока это не связано с убийством, и пока это не вредит его жизни, он, естественно, будет готов простить. Кто же позволит просто так решать его жизнь и смерть? Поэтому Шэнь Юй беспомощно ответил: – Если не своего собственного ребенка, то кого еще мне прощать? Дядя Чжан засмеялся: – Молодой мастер Тан Ли, наверное, тоже так считает. Шэнь Юй слышал, как смех дяди Чжана отозвался эхом в ночном ветре. Внезапно его настроение стало ясным и веселым. Счастливая улыбка показалась на его лице, и он направил инвалидную коляску в сторону Тан Ли. В это время окруженный девочками Тан Ли бесстрастно сидел на корточках на земле, зажигая бенгальский огонек, воткнутый в песок. Даже несмотря на то, что Шэнь Юй был достаточно далеко от Тан Ли, он предельно ясно чувствовал депрессию, исходящую от маленького злодея. Шэнь Юй засмеялся и воскликнул: – Каштан! Его голос был совсем негромким на фоне шумной обстановки, поэтому он не рассчитывал, что Тан Ли услышит его. Однако слова еще не успели затихнуть, когда он увидел, как маленький злодей поднял голову. Увидев улыбающееся лицо Шэнь Юй, глаза Тан Ли засияли ярче звезд. Мальчик вернул зажигалку одной из девчонок и быстро отряхнулся от песка. Он бросился к Шэнь Юй, взволнованно глядя на него. Шэнь Юй пригладил волосы Тан Ли, растрепанные ночным ветром. – Пойдем туда и поиграем. Тан Ли не стал уточнять, о чем говорил Шэнь Юй, и без колебаний кивнул. – Хорошо! Когда Шэнь Юй забрал Тан Ли, глаза девочек были полны жалоб. У них осталось еще много огней. Шэнь Юй выбрал относительно тихое место и зажигал их там вместе с Тан Ли и дядей Чжаном. Три человека тихо наблюдали, как красивые искры освещают лица друг друга. Перед тем, как перейти в этот мир, когда он был маленьким, Шэнь Юй и его друзья часто бегали друг за другом, играя с волшебными огнями. Теперь он не мог бегать, оставалось только сидеть в инвалидной коляске и смотреть на искры. Сквозь горящие искры Шэнь Юй увидел Тан Ли, сидевшего на каменной скамье напротив и смотрящего прямо ему в глаза. Маленькие темные зрачки почти растворились в глубокой ночи позади него, и Шэнь Юй не мог увидеть, какие эмоции струились в них. К двенадцати часам ночи все начали считать в унисон. – Пять! – Четыре! – Три! – Два! – Один! – С Новым годом!! В то же время огромный фейерверк расцвел на ночном небе, вспышка за вспышкой, так что все небо вскоре стало ярким, как днем. Толпа кричала в изумлении и смеялась. Тан Ли с удивлением посмотрел на фейерверк в небе, и яркие цвета отразились в его глазах. Глаза Шэнь Юй были наполнены счастьем, и он протянул руку, чтобы погладить Тан Ли по волосам. Когда маленький злодей повернулся, чтобы посмотреть на него, молодой человек одел кулон, который приготовил ранее, на шею Тан Ли. «……» Тан Ли удивленно моргнул. – С Новым годом, Каштан, – с улыбкой сказал Шэнь Юй. «……» Тан Ли был застигнут врасплох. Он хотел увидеть кулон на шее, но оцепенел и не мог двигаться. Внезапно Шэнь Юй громко рассмеялся, увидев ошеломленное выражение лица Тан Ли. Он придвинулся ближе и, осторожно отодвинув растрепавшиеся волосы, легонько поцеловал нежный лоб маленького злодея. – Это твой припозднившийся подарок на день рождения, – сказал Шэнь Юй. – В то время произошел несчастный случай, и я не подарил тебе его вовремя. К счастью, теперь подарок вернулся к своему законному хозяину. Достаточно долго Тан Ли сидел в ошеломлении, прежде чем медленно поднял руку и схватил висевшую на груди подвеску. Под фейерверком он увидел маленькую мышку из чистого золота. Конечно, он мышонок. Шэнь Юй не дождался реакции от Тан Ли. Решив, что тому не понравился подарок на день рождения, он хотел сказать, что возьмет мальчика с собой по магазинам и купит еще что-нибудь. Когда Тан Ли наконец поднял голову, Шэнь Юй обнаружил, что глаза маленького злодея были влажными и покрасневшими. – Каштан… Взволнованный Шэнь Юй попытался взять ребенка за руку. Но Тан Ли воспользовался возможностью, чтобы самому схватить Шэнь Юй за запястье. Внезапно молодого человека застигли врасплох. Прежде чем Шэнь Юй успел среагировать, он почувствовал, как свет перед ним гаснет, а мягкое прикосновение щекочет краешек его губ. Касание было похоже на стрекозу, легко приземлившуюся на воду. Тан Ли быстро отошел назад. – Спасибо, – улыбнулся Тан Ли, и красивые глаза феникса превратились в полумесяцы. – Мне очень нравится. Слыша, что сказал Тан Ли, Шэнь Юй едва сдерживал свою радость. Он ущипнул щечки ребенка и произнес с яркой улыбкой: – Я счастлив, что тебе нравится. _______________ Было три часа ночи, когда они вернулись в дом старейшины Шэнь. Старик всегда работал и спал по расписанию. Даже в новогодний день он рано пошел отдыхать. Шэнь Юй пожелал Тан Ли спокойной ночи и вернулся в свою спальню. Приняв ванну, он лег в постель, прежде чем вспомнил, что нужно достать телефон и проверить электронные письма и сообщения. Включив мобильный, он открыл список контактов. Затем нашел имя [И Хуа]. Подумав, Шэнь Юй решил встретиться с семьей И Хуа перед Фестивалем фонарей. _______________ На следующий день. Шэнь Юй открыл глаза и увидел, что комната ярко освещена. Солнечный свет проникал сквозь тонкие шторы и заливал все мягким сиянием. Шэнь Юй неспешно умылся и оделся, а потом отправился в столовую в своей инвалидной коляске. Там он увидел, что Тан Ли и старейшина Шэнь уже сидели за обеденным столом и ели в тишине. – Доброе утро, – Шэнь Юй зевнул и совершенно естественно остановил свое инвалидное кресло рядом с Тан Ли. Он внезапно удивился. – Ах, какой хороший плотный завтрак… Старейшина Шэнь мог только ненавидеть железо за то, что оно не было сталью [1], и хлопнул ладонями по столу. – Солнце уже высоко, а у тебя только завтрак. Это уже обед! Шэнь Юй ответил со смехом и повернулся к слуге, который передал ему палочки для еды. – Характер этого старика такой жестокий, и это только первый день Нового года. Что случилось? – Приходила мисс Ян, – слуга взглянул на Шэнь Юй. «!!!» – Когда?! – внезапно напрягся тот. – Она ушла полчаса назад, – ответил слуга. Внезапно взбунтовавшееся сердце Шэнь Юй медленно успокоилось. Он счастливо похлопал себя по груди. Впервые он был благодарен за свою привычку валяться в постели. В противном случае ему пришлось бы встретиться с Ян Дженни в первый же день Нового года. Важным моментом является то, что он занес номер телефона Ян Дженни и WeChat в черный список. Если бы девушка попросила его разблокировать ее номер перед дедушкой, Шэнь Юй не смог бы отказать. Старейшина Шэнь посмотрел на реакцию Шэнь Юй, видя его облегчение. Он сразу же разозлился и уставился на него. Отложив палочки для еды, он указал на него и начал ругаться: – Даже если тебе не нравится Сяо Ян, разве у тебя нет врожденной вежливости?! Чтобы пообщаться с тобой, Сяо Ян находилась тут с восьми часов утра до полудня, но ты спал как мертвая свинья! Шэнь Юй уже давно привык к ругани старейшины Шэнь. Во время еды он спокойно сказал: – Вы не приходили, чтобы позвать меня. Откуда мне было знать, что Ян Дженни ожидает меня? – Кто сказал, что я тебя не звал?! – сердито закричал старейшина Шэнь. – Я посылал Каштана разбудить тебя раз восемь. Ты не встал и даже имел смелость прогнать бедного мальчика. Ты еще смеешь говорить, что не слышал Каштана! – Что? Шэнь Юй удивленно уставилась на Тан Ли. Ребенок склонил голову к миске, как будто клевал рис. Когда он заметил потрясенные и сомневающиеся глаза Шэнь Юй, он бросил жалкий, обиженный и беспомощный взгляд. – Я действительно звал тебя… – прошептал Тан Ли. – Ты звал меня… Чушь собачья! Начав говорить, Шэнь Юй внезапно догадался о намерениях Тан Ли, и все его слова немедленно застряли в горле. Что ж, похоже Тан Ли не только помешал ему встретиться с Ян Дженни, но и надел ему на голову горшок [2]. Посмотрите на этот горшок. Он большой и круглый. _______________ [1] Означает, что он подавлен тем, что Шэнь Юй не оправдывает его ожиданий. [2] То есть его подставили.