Ruvers
RV
vk.com
image

Перемещение во второстепенного персонажа для реабилитации злодея

<div>Сжав зубами плечо Юй Чжицзюэ, Лин Ся ощутил его твердые и гибкие мышцы. В момент глубокого и сильного укуса молодой человек напрягся, но очень быстро расслабился, позволив юноше делать все, что тот пожелает.<br><br>Услышав мягкое утешение Юй Чжицзюэ, Лин Ся окончательно расслабился и разрыдался. Стыдно признать, но, когда Юй Чжицзюэ минуту назад раздвинул ему ноги, юноша испытал сильнейшее потрясение и напугался до такой степени, что затряслись поджилки.<br><br>Покраснев, Лин Ся попытался оттолкнуть Юй Чжицзюэ, но молодой человек еще крепче сжал объятия, словно опасаясь, что тот убежит.<br><br>Юноша глубоко вздохнул. Во всяком случае, нельзя сдаваться и пускать все на самотёк. Нужно во что бы то ни стало набраться мужества и прояснять ситуацию.<br><br>Выпрямившись, он посмотрел в глаза Юй Чжицзюэ и спросил: «А’Цзюэ, т-ты женишься?»<br><br>Даже изо всех сил стараясь говорить спокойно и сдержанно, в итоге Лин Ся все равно заикался. Как же стыдно! Вот бы влепить себе хорошую оплеуху.<br><br>Юй Чжицзюэ не ответил, и даже в лице совсем не изменился. У него только сузились зрачки, а в глазах ясно читалось молчаливое согласие.<br><br>Сердце Лин Ся разбилось вдребезги. Он выжал из себя улыбку, но не мог осознать слов, вылетающих из собственных уст: «Тогда прими мои поздравления. Почему не рассказал мне о столь важном вопросе, хотя уже поведал о нем всему миру… Женившись на девушке из другой семьи, ты должен будешь хорошо к ней относиться…».<br><br>«Ты расстроен», - у Юй Чжицзюэ слегка расширились зрачки. В его глубоких темных глазах отчетливо отражалось лицо Лин Ся, печаль и растерянность на котором невозможно было не заметить. Чуть ранее юноша говорил о важных вещах так, будто они его вообще не касаются. А сейчас своими словами молодой человек насыпал соли на кровоточащую душевную рану.<br><br>Последняя ниточка самообладания в сознании Лин Ся наконец оборвалась. Он толкнул Юй Чжицзюэ на кровать, навалившись на него сверху, прижал локтем его шею и взревел от ярости: «Расстроен? Ты мерзавец! Неужели все твои слова были ложью? Понравилось меня обманывать? Негодяй! Ублюдок!..».<br><br>Его уже совершенно не заботило собственное достоинство: глаза заволокло пеленой слез, а губы неудержимо задрожали.<br><br>Хорошо, что поблизости не оказалось какого-нибудь оружия, а иначе этому негодяю точно было бы несдобровать!<br><br>Юй Чжицзюэ перевернул Лин Ся и, оказавшись сверху, вновь его обнял. От гнева у юноши закружилась голова и иссякли силы к сопротивлению. Он обессиленно закрыл глаза, дрожа всем телом.<br><br>«Не плачь», - у Юй Чжицзюэ сердце сжалось. Он опустил голову и поцеловал сияющие прозрачные слезы юноши, но не смог слизать их полностью, ведь они продолжали капать снова и снова. Ласково поглаживая Лин Ся по спине сверху-вниз, он заверил: «Я никогда не женюсь ни на одной женщине».<br><br>Изумившись, Лин Ся открыл глаза и тут же увидел радостное лицо Юй Чжицзюэ. Казалось, молодого человека переполнял такой восторг, от которого он готов был в любую секунду пуститься в пляс. Смущенный и растерянный юноша никак не мог уловить смысл услышанного. Он поднял покрасневшие глаза и механически повторил: «Никогда не женишься?»<br><br>Все лицо Юй Чжицзюэ вплоть до заостренной части ушей слегка покраснело: «Я уже знаю, как сильно тебе нравлюсь».<br><br>«…», - Лин Ся так разозлился, что потерял дар речи. Разве об этом только что шла речь?<br><br>Он произнес хриплым голосом: «Не вздумай мне лгать. Это ведь ты написал объявление о предстоящей свадьбе? Да и непросто же так надел праздничное красное одеяние?»<br><br>Морщинка образовалась между бровей Юй Чжицзюэ. А сам он, казалось, раздумывал, что должен ответить. И лишь через некоторое время молодой человек сказал: «Это действительно написал я, однако…».<br><br>Лин Ся тут же помрачнел. Он напрягся и схватил Юй Чжицзюэ за ворот: «Так что же в конце концов здесь происходит? Объясни мне все!»<br><br>«Предстоящий брак - фальшивка», - Юй Чжицзюэ не желал вдаваться в подробности и посвящать Лин Ся в темные, кровавые и грязные дела. Этот человек всегда должен оставаться на светлой стороне, лишь так улыбка никогда не сойдет с его уст.<br><br>Такой односложный ответ, разумеется, только еще больше запутал Лин Ся. Юноша стиснул зубы и спросил: «Зачем тебе это нужно? А кроме того, почему ты запечатал мои силы? Ответь мне! Мы ведь только что...».<br><br>На этом месте он осекся, не в состоянии больше вымолвить ни слова.<br><br>В настоящее время Юй Чжицзюэ является главой секты Цянь Кунь и совсем скоро станет Верховным демоническим лордом всего мира темных искусств. Само собой, у него будет очень много секретов. Но если подобное повторится вновь, как они должны ладить друг с другом? Лин Ся - разумный человек, и раз уж он намеревался принять Юй Чжицзюэ, конечно, он примет и его тайные дела...<br><br>Неужели, если он останется вместе с Юй Чжицзюэ в этом роскошном дворце, в дальнейшем ему придется каждый день лишь ждать его возвращения?<br><br>Юй Чжицзюэ беспомощно опустил голову и мягко поцеловал Лин Ся в лоб, после чего объяснил: «Я планировал снять печать, как только ты поправишься. Твои сердечные вены были серьезно повреждены. На самом деле, мне крупно повезло, что я смог сохранить твою жизнь, поэтому не хотел, чтобы ты вновь целиком ушел в работу... Я расскажу тебе о делах семьи Дуван Юй, идет?»<br><br>В действительности, брак не что иное, как способ убить двух зайцев за раз. Сила и мощь семьи Дуван Юй растет день ото дня. За последние десять лет семья объединила под своим контролем ряд небезызвестных сект, которые начали игнорировать Цянь Кунь. Вот почему предстоящая свадьба – ловушка, необходимая для сбора всей семьи в одном месте и их окончательного уничтожения.<br><br>Юй Чжицзюэ объяснил все несколькими предложениями. А поскольку Лин Ся не глуп, он сразу понял ситуацию.<br><br>В этом жестоком мире секты являются правящим классом, и подобный вид борьбы за власть вполне приемлем. Юноша даже мог представить себе сцены кровавой расправы… Заикаясь, он спросил: «Значит, ты тоже пойдешь туда?»<br><br>«Все уже закончено», - безэмоционально ответил Юй Чжицзюэ, по-прежнему поглаживая Лин Ся по спине, и продолжил, - «Дата была перенесена на более ранее время. Сейчас старейшины вместе с третьим и шестым хранителями приводят все в порядок. Уничтожение семьи Дуван Юй – пустяковое дело».<br><br>Лин Ся мигом напрягся. Неужели все из-за него? Если план внезапно изменится, разве это не приведет к пагубным последствиям?<br><br>Он тихо пробормотал: «…Ты не ранен?»<br><br>Юй Чжицзюэ на секунду задумался, а затем твердо ответил: «Нет».<br><br>Ври больше! Юноша сел и стянул мантию с Юй Чжицзюэ. А от увиденного чуть не потерял сознание: спину молодого человека пересекали две сливающиеся кровавые раны длиной с ладонь и шириной около пяти сантиметров! Юй Чжицзюэ даже не перевязал их, просто-напросто остановив кровотечение духовной силой. В итоге, большая часть прилегающей к спине белой одежды окрасилась кроваво-алым.<br><br>На лице Юй Чжицзюэ проступило едва заметное смущение: «Это не свадебное одеяние, а обычная повседневная красная одежда…».<br><br>Не желая, чтобы другие прознали о его ранении, он сознательно выбрал красную мантию. И совсем не ожидал, что Лин Ся все не так поймет.<br><br>Юноша даже и не знал, как ему реагировать. Получается, все его мысли не более чем одно сплошное заблуждение? Мало того, что этот треклятый ребенок Юй Чжицзюэ серьезно ранен, так еще и Лин Ся себе всю душу извел… Одежда! Неудивительно, что Юй Чжицзюэ снял с юноши всю одежду, а к своей даже не притронулся… Вот мерзавец!<br><br>«Где лекарство?» - Лин Ся уже полностью успокоился, но его глаза все еще оставались красными.<br><br>Юй Чжицзюэ внимательно наблюдал за выражением его лица. И когда услышал слова Лин Ся, его сердце немного успокоилось, и он передал лекарственную мазь.<br><br>Юноша сел позади него и влажным полотенцем аккуратно убрал запекшуюся кровь вокруг раны, после чего очень осторожно нанес мазь. От вида таких ран у него и самого заболело сердце. Послушно сидящий перед ним Юй Чжицзюэ так сильно отличается от того упрямого нелюдимого ребенка, каким был несколько лет назад.<br><br>Все другое... Его спина стала шире, контуры мышц ровные и элегантные. Теперь это человек, который когда-нибудь будет править миром.<br><br>Закончив, Лин Ся лег на кровать, натянув на себя тонкое одеяло.<br><br>Его продолжало мучить чувство стыда и грусти из-за случившегося… В результате, раскрасневшееся лицо юноши настолько разогрелось, что на нем можно было яичницу пожарить.<br><br>Черт! Этот ребенок Юй Чжицзюэ - зло во плоти! Он зашел слишком далеко, играя с чувствами других… И если он сделал все это ненамеренно, то я точно поменяю свою фамилию на Юй!<br><br>Вскоре молодой человек последовал примеру Лин Ся. Он лег, укрывшись тем же самым одеялом, и обнял юношу за талию со спины.<br><br>От удивления Лин Ся вздрогнул, а его сердце непроизвольно забилось быстрее. Он торопливо отодвинулся, но молодой человек двинулся за ним. Не отставая друг от друга, они довольно скоро достигли края просторной кровати. Юноша оказался в ловушке между Юй Чжицзюэ и балдахином.<br><br>Одной рукой молодой человек обхватил Лин Ся за талию, а другой обернул его шею. Он крепко сжал юношу в своих объятиях, из-за чего между ними не осталось ни толики свободного пространства.<br><br>Опасаясь, что движения приведут к открытию ран Юй Чжицзюэ, Лин Ся не сопротивлялся. По его чувствительной шее разлилось горячее учащенное дыхание. У юноши внезапно пересохло во рту, и он взволнованно сжал кулаки.<br><br>«Я так рад», - глубокий магнетический голос с отчетливыми нотками счастья эхом отразился в его ушах, - «Лин Ся тоже сильно меня любит».<br><br>У юноши покраснели уши. Раз уж дошло до такого, стоит ли теперь все отрицать? Он еле слышно произнес: «Угу». Почему ты заставляешь безвольного малодушного лао цзы давать тебе такой подрывающий устои ответ?!<br><br>Юй Чжицзюэ не удержался и поцеловал спину Лин Ся, чарующе прошептав: «Я так сильно хочу тебя… Хочу поцеловать и обнять тебя… Давай сделаем это сейчас…».<br><br>Глубокий бархатный голос, преисполненный неодолимым соблазном, вызвал щекотливое ощущение в громко стучащем сердце Лин Ся. Разве Юй Чжицзюэ не поистине безгранично очарователен?<br><br>Голова юноши опустела, и он неосознанно выпалил: «Ты ранен…».<br><br>«Значит, нужно лишь дождаться, пока мои раны заживут», - уголки губ Юй Чжицзюэ приподнялись, а глаза засверкали, как у голодного волка, - «В следующий раз я буду очень осторожен - тебе не будет больно».<br><br>Лин Ся мгновенно опомнился, покрывшись холодным потом.<br><br>Почему у него возникло чувство, будто его обвели вокруг пальца и поймали на слове? А ведь у Юй Чжицзюэ действительно пугающая и просто нечеловеческая способность к восстановлению… Что если его раны заживут через каких-нибудь три-пять дней?<br><br>Пока юноша не успел одуматься, Юй Чжицзюэ прижал голову к его спине и тихо произнес: «Лин Ся, ты мне нравишься».<br><br>Да что ж такое?! Это выше моих сил! У лао цзы нет иммунитета, чтобы противостоять подобным словам!<br><br>В конце концов юноша с пылающим лицом сказал, запинаясь: «Я-я знаю. Ты… Тоже мне нравишься, А’Цзюэ».<br><br>Лин Ся прекрасно понимал: уничтожение целой семьи вызовет колоссальную шумиху во всем мире темных искусств; и Юй Чжицзюэ должен лично разобраться с последствиями, чтобы утвердить свое положение в глазах остальных сект. Но в настоящее время он закрылся во дворце вместе с Лин Ся. Такое поведение наверняка не лучшим образом отразится на репутации главы Цянь Кунь, поэтому юноша призвал его немедленно покинуть дворец и разобраться в ситуации.<br><br>До сих пор он ничем не помог Юй Чжицзюэ, а сейчас еще и превращается в обузу?<br><br>Перед уходом мрачный Юй Чжицзюэ прижал Лин Ся к себе и слился с ним в глубоком поцелуе, длящемся без малого десять минут. В результате юноша чуть было не потерял сознание.<br><br>Похоже, судьба и вправду не оставляет ему иного выбора!<br><br>Лишь взяв с Лин Ся обещание не переусердствовать, Юй Чжицзюэ наконец снял с него печать, сдерживающую духовные силы. Глядя, как молодой человек вновь и вновь просит его поберечься, ведя себя как заботливый папочка, юноша волей-неволей нашел это забавным.<br><br>В зале для совещаний Юй Чжицзюэ располагался на самом высоком и почетном месте, изящно скрестив ноги и слушая доклад Хранителя Закона Белой Бездны Мин Цзэ. Он прищурился: «Отсутствует голова старшей дочери семьи Юй. Что это значит? Все остальные справились с порученными задачами. Так почему Хранитель Закона Белой Бездны допустил такую оплошность?»<br><br>Сбежавшая старшая дочь семьи Юй – тот самый предполагаемый брачный партнер Юй Чжицзюэ – Юй Фэйянь. Как и небезызвестный Хранитель Изумрудных Глубин Кэлань Миньэрбай, она искусна в использовании различных ядов. Эта властная и честолюбивая девушка является преемницей семьи Юй.<br><br>Мин Цзэ склонил голову и сказал: «Подчиненный проявил некомпетентность, не предвидев наличия у нее двойника. Но Верховный глава может быть уверен, подчиненный обязательно захватит эту женщину и уничтожит ее».<br><br>«Десять дней», - обычно, отдавая приказы, Юй Чжицзюэ опирался руками на кресло. Но на этот раз он лишь подпер щеку рукой и едва заметно улыбнулся: «За это время доставь ее ко мне живой или мертвой».<br><br>Мин Цзэ без колебаний встал на одно колено: «Да, мой господин!».<br><br>Он восхищенно и преданно посмотрел на исполненного величием Юй Чжицзюэ, и в его глазах даже промелькнул след одержимости.<br><br>Он обязательно последует за этим человеком, который неизбежно однажды подчинит себе мир и станет правителем всего и всех. Истинным Верховным Владыкой.<br><br>Остальные доклады Юй Чжицзюэ слушал с проскальзывающей сквозь маску невозмутимости радостью, ведь его мысли неминуемо возвращались во дворец.<br><br>Лин Ся пообещал… Так может раны заживут уже через три дня?<br><br>Ему не терпелось поскорее покончить с этими скучными отчетами и побыстрее вернуться.<br><br>Мин Цзэ наконец заметил, что улыбка на лице главы отличается от прежней зловещей ухмылки, но не мог ни о чем спросить.<br><br>Влияние человека-панацеи на господина слишком велико. Тогда Мин Цзэ в спешке решил убить этого человека и разрушил его сердечные вены. Но был крайне удивлён, когда Юй Чжицзюэ, очнувшись, превратился в бесчувственного зомби. Пока он сидел, прижимая к груди мертвое тело человека-панацеи, вокруг него бушевало черное пламя, заживо поглотившее больше десятка совершенствующихся. Создавалось впечатление, что он не слышал и не видел того, что происходит вокруг, полностью погрузившись в собственное холодное и мрачное пламя.<br><br>В тот момент Чу Инь подал ему идею обмануть Юй Чжицзюэ. Сказав, что человека-панацею еще можно спасти, Мин Цзэ воспользовался возможностью и вселил душу марионетки в труп, предотвратив тем самым разложение и создав видимость еще теплящейся жизни.<br><br>Его драгоценный повелитель не разочарует возлагаемых на него надежд и ожиданий, ведь его образ мысли куда более гибок, чем у предыдущего Верховного лорда. Поэтому Мин Цзэ сделает все возможное, чтобы Юй Чжицзюэ смог править миром и никогда не позволит ему оказаться в ловушке ненужных бессмысленных эмоций!<br><br>Мужчина улыбнулся. Он никому не позволит встать на пути Юй Чжицзюэ к господству над миром, даже если подобное будет стоить ему жизни!<br><br>А если для этого понадобится стать ступенькой на пути Владыки, Мин Цзэ пойдет на это без малейших сожалений!</div>