Ruvers
RV
vk.com
image

Ныряя в синеву небес, не забудь расправить крылья

Треск поленьев и запах цветов

Реферальная ссылка на главу
<div>Сяо Вэнь снял свой плащ, видя, что дом внутри в полном порядке.<br><br></div><div>Через несколько мгновений на крышу грохотнули лапы, и внутрь влетел Байлинь.<br><br></div><div>Клёкоча он взбудоражено скакал вокруг Лю Синя и Сяо Вэня некоторое время, пока лекарь на похлопал по столу. Птица мигом вскочила на него и подняла лапу, на которой был привязан мешочек.<br><br></div><div>– Прости, мы задержались, – погладил его по макушке Сяо Вэнь.<br><br></div><div>Байлинь вернулся с запада полтора месяца назад, куда летал по поручению лекаря за редкими ингредиентами для создания Бедового льва. Все дни после он был тем, кто присматривал за домом снаружи, отгоняя пришлых и заклёвывая их до полусмерти.<br><br></div><div>– Сколько времени потребуется для создания снадобья? – спросил Лю Синь.<br><br></div><div>Сяо Вэнь начал первые необходимые приготовления ещё в пути. Посмотрев на юношу, он ответил:<br><br></div><div>– Несколько дней.<br><br></div><div>Кивнув, Лю Синь повернулся к Тан Цзэмину:<br><br></div><div>– Уже поздно, отправляйся в свою комнату.<br><br></div><div>Увидев, что все мужчины тоже собираются расходиться, Лю Синь вновь накинул на плечи плащ и направился к выходу из дома.<br><br></div><div>Тут же переполошившийся Сяо Вэнь поспешил остановить его:<br><br></div><div>– Куда ты?<br><br></div><div>– В единственное место, которому комендантский час не писан.<br><br></div><div>– Я пойду с тобой!<br><br></div><div>– Если у тебя есть силы, то лучше займись приготовлением снадобья, – с этими словами он вышел за дверь.<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Таверна Хмельной соболь кипела жизнью.<br><br></div><div>Ещё на соседней улице были слышны звуки драки, шумных выкриков и пьяной брани.<br><br></div><div>Шуя Ганъюн обнаружился быстро: ещё на подходе Лю Синь различил его силуэт, вышвыривающий парочку зарвавшихся посетителей.<br><br></div><div>Что ещё было более удивительным так это отец Сы Мянь, стоящий с ним плечом к плечу. Сурово сложив руки на груди, он одним своим видом утихомирил балагуров, которые вмиг подскочили с земли, собираясь уже было кинуться обратно.<br><br></div><div>Окинув всю картину взглядом, Лю Синь негромко произнёс:<br><br></div><div>– Юн.<br><br></div><div>Мужчина тут же обернулся на оклик. В его глазах рознились эмоции облегчения и не успевшей отступить злости.<br><br></div><div>Проведя рукой по уставшему лицу, он выдохнул, подходя к Лю Синю и прижимая его к себе:<br><br></div><div>– Я уже думал ты сдох в тех горах, – похлопал он его по плечу.<br><br></div><div>– Ну... почти что, – усмехнулся Лю Синь, возвращая дружеские хлопки.<br><br></div><div>Пройдя внутрь, юноша увидел хаос, состоящий из шумного гвалта, разлитого вина и яростных выкриков спорящих друг с другом людей. Здесь были и владельцы лавок и известные в городе мастера и даже стражники со своими копьями, которые и не думали утихомиривать людей, вступая с ними в перепалки и поддерживая разные стороны. С первого взгляда на этих людей становилось очевидно: они разобщены и отстаивали каждый свою позицию. Лю Синь не успел разобрать происходящее, быстро скрываясь на втором этаже, следуя за Юном. Господин Сы же остался внизу, чтобы присматривать за таверной.<br><br></div><div>Пройдя в комнаты наверху, Лю Синь встретился с Го Тайцюном, Сы Мянь, Ма Цайтянь и Ма Жуши. Девочка уже спала за ширмой, поэтому все понизили голос, обходясь без радостных выкриков.<br><br></div><div>Обменявшись приветствиями, Лю Синь попросил как можно скорее рассказать ему о произошедшем в городе за последние два месяца.<br><br></div><div>– Дун Чжунши съехал с катушек спустя несколько дней после вашего отъезда, – начал Шуя Ганъюн, отпив вина. – Мы вначале все считали его безумцем, когда он начал оборонять город. Искажение ци, да? Нам казалось это лишь паранойей, никто не придавал этому большого значения. Однако уже через неделю на город и в самом деле начали нападать, прознав, что глава не в себе и неспособен отдавать приказы. Сброд со всей империи потянулся в вольные города и поскольку основные силы были стянуты на защиту Яотина, три из них пали. Они полностью разорены и разграблены, – переведя дыхание и подлив всем вина, он продолжил: – Некоторые думают, что это дело рук Императора, но я считаю, что это просто кучка бесчинников, которые решили поживиться нажитым и не более. Многие ремесла и лавки разорены. Дом господина Сы подвергся нападениям, как и вся рыбная улица. От неё практически ничего не осталось.<br><br></div><div>Лю Синь перевёл взгляд на хмурых и подавленных Сы Мянь и Го Тайцюна, которые были вынуждены бежать из своего собственного дома. Отношения Шуя Ганъюна и Го Тайцюна за эти дни тоже претерпели большие изменения: они больше не грызлись по любому поводу, да и в поведение первого пылу поубавилось, видя, в каком состоянии пребывали его друзья.<br><br></div><div>Ма Цайтянь обвела всех взглядом и перехватила рассказ:<br><br></div><div>– Стражники разделились. Дун Чжунши, видя, что город может не выстоять, созвал все копья к своей резиденции, решив оставить народ. Часть копьеносцев не согласилась с этим решением, за что и была изгнана из попечения гильдии. Сейчас они не более чем простолюдины, вынужденные взять в свои руки защиту города. Им помогают, как могут, но что такое плошка еды пару раз в день, когда ранее они были элитой Яотина? – потерянно покачав головой, она продолжила: – Народ сейчас решает атаковать резиденцию и убить Дун Чжунши, некоторые не согласны с этим. Набеги пришлых прекратились полмесяца назад, когда они поняли, что люди Яотина просто так не отступят и сейчас все здесь как черепахи в банке. Ни въехать ни выехать из города практически невозможно. Тот кто мог, уехал в первые дни, но теперь им попросту некуда возвращаться – всё нажитое ими осталось без защиты и было разграблено. Все ремесленники сейчас изо всех сил защищают свои дома.<br><br></div><div>Лю Синь раздумывал некоторое время, прежде чем спросить:<br><br></div><div>– Я слышал о какой-то главе. Стражники при въезде в город упомянули о ней.<br><br></div><div>Го Тайцюн кивнул, со словами:<br><br></div><div>– Сейчас стражников на стороне города возглавляет На Жуин – младшая сестра На Сюин и её первый заместитель. Как видишь, даже некоторые семьи теперь разделены, – горько усмехнулся он, переплетая пальцы с Сы Мянь.<br><br></div><div>– Это она ввела комендантский час?<br><br></div><div>Ма Цайтянь кивнула:<br><br></div><div>– Да, чтобы хоть по ночам утихомирить народ и остановить нападения друг на друга. Чтобы знать ситуацию в городе, она позволила только таверне Юна работать ночью. Ты можешь встретить её внизу. Она всегда сидит за дальним столом со своими помощниками.<br><br></div><div>Отпив вина, Лю Синь сказал:<br><br></div><div>– Лекарь Сяо в ближайшие дни создаст снадобье, которое поможет Дун Чжунши. Полагаю, всё скоро наладится.<br><br></div><div>Все переглянулись между собой. В конце концов Шуя Ганъюн сказал:<br><br></div><div>– Не всё так просто. Говорят, в резиденцию Дун Чжунши недавно прибыла судья гильдии. Что именно она тут делает никто пока не знает, однако само по себе пребывание такой значимой особы в Яотине не сулит ничего хорошего.<br><br></div><div>Го Тайцюн фыркнул:<br><br></div><div>– Дун Чжунши может и не самый лучший правитель, но если гильдия решит сместить его с поста, может прийти кто и похуже. Говорят, в одном из вольных городов, тот, что в те дни пал самым первым, глава мог отобрать из горожан любую девственницу, чтобы забрать её в свой гарем. Таковы правила того города. И если к власти встанет кто-то вроде него, то Яотин обречен.<br><br></div><div>Лю Синь с мрачно светящимися глазами повернулся к Ма Цайтянь, спрашивая:<br><br></div><div>– Как там поживают жены господина Дуна?<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Он пробыл в Хмельном соболе до рассвета. Спускаясь вниз, он вскользь окинул пьяное сборище людей, которые теперь лениво перебрасывались оскорблениями. Кинув взгляд на дальние столы в углу, он подметил четверых человек, одетых в гражданскую одежду. Женщина в глубоком капюшоне сидела спиной ко всей таверне, так за всю ночь и не притронувшаяся к вину, стоящему перед ней.<br><br></div><div>Поправив свой меч, висящий на поясе, Лю Синь вышел из таверны, сразу же направляясь на улицу Инхуа.<br><br></div><div>Город и впрямь претерпел изменения не в лучшую сторону: количество лавок значительно уменьшилось, как и кузниц. Лишь те, у кого хватало денег на оплату стражникам за защиту, не боялись вести торговлю в это смутное время. Разорившиеся мастера и лавочники иногда совершали набеги на товарищей, которым повезло больше, не желая прозябать в безденежье и голоде, а тем ничего не оставалось, кроме как защищаться.<br><br></div><div>Улица Инхуа пострадала меньше всех. Стоящая почти в центре города, она делала невозможным пробраться пришлым к ней со всех сторон. К тому же, именно здесь сейчас было основное сосредоточение жилых комплексов для городских стражников. Никто бы не осмелился сунуться сюда с грабежами.<br><br></div><div>Лю Синь не раз бывал здесь, и когда в первые дни пребывания в Яотине носился по поручениям, и когда доставлял снадобья людям, которые сами за ними прийти не могли.<br><br></div><div>Найдя поместье сыхэюань¹, меж множества высоких построек в удалении от таверн и курильниц, он прошел через лунные ворота, окидывая взглядом чистый двор с рассаженными яблонями и небольшим ручейком посредине с мостом. Выдохнув и тряхнув головой, прогоняя последние сомнения, он постучал в красную дверь.<br><br></div><div>Через некоторое время в дверном проёме появился седовласый старик лет семидесяти. Увидев и узнав Лю Синя, он по-доброму улыбнулся, приглашая его в дом.<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Тан Цзэмин проснулся засветло и тут же вынырнул из своей комнаты, чтобы приготовить завтрак.<br><br></div><div>Расставив тарелки на стол, он уселся, поглаживая невесть откуда выползшую большую зелёную черепаху. Рептилия пожевывала росток фасоли, который выудила из большого мешка, что оставила для неё Ма Цайтянь и мирно лежала на коленях мальчика некоторое время.<br><br></div><div>Вскоре к завтраку спустились все обитатели дома, рассаживаясь за стол.<br><br></div><div>– А где Лю Синь? – оглянувшись, спросил Ван Цзянь враз с Сяо Вэнем.<br><br></div><div>Мальчик свёл брови, ссадил черепаху и пошел в сторону комнаты юноши, раздумывая, что ифу и впрямь припозднился сегодня.<br><br></div><div>Не найдя того в комнате, он выбежал в зал, оповещая всех.<br><br></div><div>Переглянувшиеся мужчины вмиг встали и уже сделали шаг к двери, когда та вдруг открылась, являя всем удивленного таким приветствием Лю Синя.<br><br></div><div>Большая черепаха, завидев юношу, раскрыла рот, теряя фасоль, и быстро засеменила по полу в его сторону. Подняв её на руки, юноша улыбнулся, чувствуя, как та радостно трется о его щеку, словно кошка.<br><br></div><div>Скрывшись в своей комнате ненадолго, Лю Синь снова вышел в общий зал.<br><br></div><div>Поведав за завтраком о том, что узнал, он увидел разнообразные эмоции, что завладели всеми за столом: от хмурого безразличия Гу Юшэнга, до явной взволнованности Сяо Вэня.<br><br></div><div>– Честно говоря, я думал, что будет намного хуже, – покачал головой лекарь. – Завтра мы можем приступать к изготовлению снадобья. Вчера ночью я сделал вытяжку, ей нужно время, чтобы настояться, – закинув в рот пару вишен, он почесал нос: – Сегодня я схожу за остальными ингредиентами.<br><br></div><div>Кивнув, Лю Синь погладил черепаху по голове и повернулся к Тан Цзэмину, со словами:<br><br></div><div>– Иди в комнату и собери все свои вещи.<br><br></div><div>Мальчик перевёл на него удивленный взгляд, но не сказав ни слова против тут же вышел из-за стола.<br><br></div><div>Лю Синь, почувствовав вмиг гнетущую атмосферу, повисшую над столом, опустил глаза на черепаху, играясь с ней.<br><br></div><div>Сяо Вэнь прокашлялся и, контролируя голос, мягко спросил:<br><br></div><div>– Лю Синь, что это значит?<br><br></div><div>Отпив теплый ароматный чай, Лю Синь ответил, поднимая взгляд на Сяо Вэня:<br><br></div><div>– Мы с Цзэмином съезжаем.<br><br></div><div>Сяо Вэнь взволнованно задышал, вскакивая с места.<br><br></div><div>– Куда это? Зачем?<br><br></div><div>– Почему? – спросил нахмурившийся Цзин.<br><br></div><div>Ван Цзянь и Пэй Сунлинь тут же переглянулись, вставая. Гу Юшэнг подлил себе чай и отпил, ни на кого не смотря.<br><br></div><div>Лю Синь тоже встал, оправляя подол халата.<br><br></div><div>– Вы действительно не понимаете? – вскинув брови, он посмотрел троих мужчин.<br><br></div><div>– Лю Синь, ты не можешь уйти! – вскинулся Сяо Вэнь, но тут же был остановлен метнувшимся к нему мрачным взглядом.<br><br></div><div>Лю Синь, потяжелевшим вмиг голосом, спросил:<br><br></div><div>– О, или что, Вэнь-гэ? Вырубишь меня, как тогда? Снова запрёшь меня и накачаешь успокоительным?<br><br></div><div>Ван Цзянь стиснув зубы уставился на Сяо Вэня, глядя на того во все глаза, пытаясь понять, не послышалось ли ему.<br><br></div><div>Сяо Вэнь сглотнул и быстро заморгал. Он несколько секунд искал, что сказать, в конце концов выступая вперед, стискивая кулаки:<br><br></div><div>– В городе сейчас беспорядки! Куда ты пойдёшь?!<br><br></div><div>– Я уже нашел дом. Не беспокойся, он достаточно защищен, чтобы мне не нужно было волноваться о безопасности, – видя покрасневшие глаза лекаря, который изо всех сил пытался утихомирить рвавшиеся эмоции, Лю Синь заставил себя ожесточить сердце. Переведя дух, он сказал: – Если ты не против, я бы продолжил работать на тебя, но жить под одной крышей нам нет необходимости.<br><br></div><div>Сяо Вэнь заторможено кивнул, и несколько раз открыл рот. С надеждой и тревогой смотря на него, он произнёс:<br><br></div><div>– Не у...<br><br></div><div>– Пусть идёт, – сказал Гу Юшэнг, громко опуская чашу чая на стол, прерывая бормотания лекаря.<br><br></div><div>Все старшие мужчины обратили на него свои взгляды. Всё также смотря перед собой, Гу Юшэнг продолжил:<br><br></div><div>– Если хочет уйти, пусть уходит.<br><br></div><div>Заслышав торопливые шаги Тан Цзэмина, Лю Синь развернулся к двери, подхватывая на руки большую черепаху.<br><br></div><div>– Оставшиеся ингредиенты для снадобья я принесу завтра утром.<br><br></div><div>Увидев, как Лю Синь закрыл за собой дверь, покидая его дом, Сяо Вэнь смахнул со стола всю посуду, яростными глазами вонзаясь в Гу Юшэнга.<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Вечер уже опускался на город, когда Лю Синь и Тан Цзэмин перешагнули порог их нового дома, успев прикупить пару вещей в городе.<br><br></div><div>Оглянувшись по сторонам, мальчик принюхался, подмечая приятный аромат от стоящих белых лилий в вазе на столе.<br><br></div><div>Главный зал выглядел опрятным и чистым, пусть и был небольшим.<br><br></div><div>Несколько разрисованных кушеток и кресел располагались вокруг стола на круглых ножках в форме лап тигра; на светлых стенах висели резные голубые гобелены лишь с одним красным над самым камином, который был хоть и большим, но всё же чуть меньше, чем у Сяо Вэня.<br><br></div><div>Оббежав весь дом и заметив просторную кухню со всей необходимой утварью, Тан Цзэмин остался довольным, кивая и упирая руки в бока.<br><br></div><div>Его спальня была по соседству с Лю Синем и равной по размеру, с двуместной кроватью и необходимыми тумбочками и скрытыми раздвижными шкафами. Лю Синь даже убрал жесткие нефритовые подушки, успев заменить их на пуховые ещё утром.<br><br></div><div>– Тебе нравится? – спросил Лю Синь, смотря, как мальчик носится по дому и заглядывает в каждый угол.<br><br></div><div>Тан Цзэмин, светясь от радости, обнял его за пояс и вскинул голову, глядя на него искрящимися глазами:<br><br></div><div>– Очень. Здесь так тихо и никто не ворчит.<br><br></div><div>– Мм, – кивнул Лю Синь, прикрывая на мгновение глаза и поглаживая его по голове.<br><br></div><div>Он довольно вдохнул приятный аромат, тоже подмечая непривычную тишину и спокойствие.<br><br></div><div>Он старался гнать от себя вид грустных глаз Сяо Вэня как можно дальше, убеждая себя в том, что так надо. В конце концов они расстаются не навсегда.<br><br></div><div>Пока не навсегда.<br><br></div><div>И если такой переезд вызвал в них обоих такие тяжелые эмоции, то какого же им будет, когда через полгода Лю Синь и Тан Цзэмин навсегда покинут Яотин?<br><br></div><div>Им нужна была эта дистанция, чтобы начать постепенно отвыкать друг от друга и не позволять привязанности сковывать их ещё сильнее.<br><br></div><div>Он часто раздумывал всё это время, какого же будет навсегда покидать всех этих людей? Лю Синь представил тот день, когда уедет и невыносимая волна тоски тут же затопила его сердце.<br><br></div><div>Опустив влажные глаза на Тан Цзэмина, он сморгнул слёзы и постарался улыбнуться.<br><br></div><div><em>Так будет правильней.<br></em><br></div><div> <br><br></div><div>༄<em> </em>༄<em> </em>༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Он расставлял над зажженным камином драконьи фигурки, которые подарил ему Тан Цзэмин на прошлый Цисицзе, когда вдруг вспомнил:<br><br></div><div>– Тебе уже тринадцать. Я пропустил твой день рождения и опоздал с подарком. Прости, – обернулся к мальчику Лю Синь.<br><br></div><div>Тан Цзэмин лежал на кушетке, глядя на него и улыбаясь. Ему было уютно, как никогда. Он всегда чувствовал себя так рядом с Лю Синем, живи они хоть в пещере, хоть под полуразрушенной крышей. Но сейчас, под тихий треск поленьев и свежий запах цветов, он ощущал себя особенно счастливым.<br><br></div><div>– Ты обещал, что однажды у нас будет свой дом и вот он. Это лучший подарок для меня, – взяв за руку подошедшего юношу, он усадил его на кушетку и положил голову на его колени.<br><br></div><div>Перебирая его волосы, Лю Синь выдохнул:<br><br></div><div>– Я не купил его, а просто арендовал. Но однажды у нас будет свой дом. Обязательно.<br><br></div><div>Тан Цзэмин прикрыл глаза, урча от поглаживаний:<br><br></div><div>– Пока и этого достаточно.<br><br></div><div>Большая зелёная черепаха боднула голень юноши, пытаясь залезть наверх.<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Лю Синь пришел рано утром к порогу дома Сяо Вэня.<br><br></div><div>Не успел он ещё занести руку, чтобы постучать, как дверь внезапно распахнулась.<br><br></div><div>Сяо Вэнь со сверкающей улыбкой и шальными глазами смотрел на него с мгновение, после чего втащил внутрь.<br><br></div><div>– Ты голодный? Наверняка да, я приготовил завтрак, садись!<br><br></div><div>Лю Синя усадили за стол, на котором горой возвышались тарелки, состоящие из любимых блюд юноши. Не было ни духа мяса или рыбы; всё приготовленное Сяо Вэнем было исключительно из растительных продуктов.<br><br></div><div>Ван Цзянь и Пэй Сунлинь уныло жевали капусту, сидя напротив Лю Синя.<br><br></div><div>Гу Юшэнга и Цзина за столом не было.<br><br></div><div>Улыбнувшись, Лю Синь кивнул и принялся накладывать в свою тарелку еду. И хотя он был уже сыт, позавтракав рисовым отваром и булочкой на пару, обижать лекаря не хотелось.<br><br></div><div>Сяо Вэнь кружился вокруг него весь завтрак, подавая ему то еду, то питье, и в итоге единственным, кто чувствовал себя виноватым за столом, оказался юноша.<br><br></div><div>Тан Цзэмин остался дома. По крайней мере, так думал Лю Синь.<br><br></div><div>Едва юноша скрылся, мальчик выскочил наружу, направляясь в тренировочное поместье, где его уже ждали Гу Юшэнг и Цзин.<br><br></div><div>Ни один из мужчин не задал вопроса о его новом доме, а мальчик и не собирался болтать.<br><br></div><div>– А где мечи? – оглянулся по сторонам Тан Цзэмин, не увидев стали.<br><br></div><div>Гу Юшэнг, сидя на дощатом полу тренировочного поля с Цзином рядом, кивком головы указал на место перед собой.<br><br></div><div>Тан Цзэмин уселся, опуская руки на раздвинутые колени, и всмотрелся в лица обоих наставников.<br><br></div><div>Гу Юшэнг сказал:<br><br></div><div>– Ближайшие три месяца ты не возьмёшь в руки оружие, а будешь медитировать.<br><br></div><div>Тан Цзэмин:<br><br></div><div>– ...<br><br></div><div>Усмехнувшись, Цзин посмотрел на мальчика, поджавшего в недовольстве губы:<br><br></div><div>– Тренировки необходимо разбавлять. Ты же не хочешь отхватить сразу большой кусок, как Дун Чжунши и получить искажение ци?<br><br></div><div>Тан Цзэмин перевёл на него свой непонимающий взгляд:<br><br></div><div>– Большой кусок?<br><br></div><div>Гу Юшэнг ответил:<br><br></div><div>– В начале своего пути Дун Чжунши не был выдающимся заклинателем, но чтобы овладеть большой мощью и силой он применял запрещенные техники и впитывал в себя духовные и энергетические камни наравне со снадобьями и отварами, чтобы усилить свою культивацию. Он проскочил несколько этапов и действительно стал сильнее, однако за всё в этом мире необходимо платить. Его возможности можно сравнить с высоким зданием, стоящим на одной колонне и трёх спичках. Хоть уровень его культивации и высок, он нестабилен. Любое колыхание ветра может пошатнуть его. Если ты хочешь быть уверен в своих силах, строй здание из нерушимых камней постепенно, а не лепи его из дерьма и палок, как он. Сейчас ты на стадии построения основ. Это фундамент, который ты должен закрепить.<br><br></div><div>Понятливо кивнув, Тан Цзэмин глубоко вдохнул, слушая наставления по медитациям.<br><br></div><div> <br><br></div><div>༄ ༄ ༄<br><br></div><div> <br><br></div><div>Лю Синь нарезал корень женьшеня, делая надрезы под определённым углом, к которому наловчился, чтобы получить максимальное количество необходимого сока.<br><br></div><div>Сяо Вэнь перебирал листья диких лотосов, владельцы которых сейчас находились в небольшой комнате в пристройке.<br><br></div><div>Посмотрев на всё это время молчавшего Лю Синя, мужчина решился начать разговор:<br><br></div><div>– Я никому ранее не доверял приготовление снадобья Бедового льва. Я храню этот рецепт в строжайшем секрете, потому что он может помочь при искажении ци, но может и спровоцировать его, если изменить лишь один ингредиент или приготовить снадобье небрежно. Как думаешь, почему я делюсь столь ценными тайнами с тобой?<br><br></div><div>Не отрываясь от своего занятия, Лю Синь просто ответил:<br><br></div><div>– Не знаю.<br><br></div><div>Отложив листья, Сяо Вэнь сел за стол, наливая им чай.<br><br></div><div>– Раньше я думал, что всегда смогу держать все свои формулы при себе, – начал он. – Но тринадцать лет назад кое-что изменилось. Я понял, что если умру, все мои тайны канут в небытие вместе со мной. Было множество людей, которые хотели стать моими учениками, но ни одному из них я не доверял не то что снадобье Бедового льва, а даже простого отвара от сыпи, – мужчина посмотрел на Лю Синя, который отложил наконец нож и повернулся к нему. – Я доверился тебе не потому что у меня нет выбора, а потому что мой выбор это ты, Лю Синь. Я верю тебе и в тебя.<br><br></div><div>– Почему? – задал вопрос юноша, чувствуя, как сердце сбивается с ритма.<br><br></div><div>– Я чувствую некоторое родство с тобой, – опустил глаза лекарь. – Я не хочу, чтобы ты злился на меня и отдалялся, – он хотел сказать ещё многое, но в итоге просто выдохнул: – Прости меня.<br><br></div><div>Лю Синь замолчал, сглатывая тяжелый ком в горле, не позволяя голосу сорваться. Отпив чай из протянутой чаши, он выдохнул:<br><br></div><div>– Я прощаю, Сяо Вэнь. Но ты должен понять, что я не домашнее животное.<br><br></div><div>Они молчали долгое время, каждый раздумывая о своём.<br><br></div><div>После этого Сяо Вэнь понимающе кивнул и отвернулся, доставая с тайного стеллажа три трактата, написанные лично им.<br><br></div><div>– Тот отвар Бедового льва... он был для Императора, – прямо посмотрел на юношу мужчина.<br><br></div><div>Лю Синь искренне удивился:<br><br></div><div>– Он тоже болен искажением ци?<br><br></div><div>Взяв чашу из рук Лю Синя, Сяо Вэнь вновь наполнил её, заметно нервничая.<br><br></div><div>– Да, Лю Синь. У него ранний этап искажения ци. В молодости от него требовали выполнения многих задач. Он был совсем юн, когда его возвели на престол, после смерти его отца. Не каждый с таким справится. Всё внимание империи было обращено на него. На его плечах лежало не только бремя за жизни и мир, он также вёл войны плечом к плечу с Гу Юшэнгом и... ещё одним генералом. В одном из сражений его поразил демон, он спас мне жизнь, так что я в неоплатном долгу перед ним. Я отправляю снадобье Бедового льва в столицу каждый год, и в этот тоже. Вот почему я не отдал его Дун Чжунши, – Сяо Вэнь снова поднял на него взгляд. – Я не мог рисковать. Окажись так, что Император остался бы без лекарства, в хаос оказалась бы повергнута вся империя, а не вольные города.<br><br></div><div>Лю Синь опустил голову. В тишине прозвучал его угрюмый голос:<br><br></div><div>– Прости.<br><br></div><div>За все эти дни в горах он напридумывал себе кучу теорий, почему Сяо Вэнь избежал уговора с Дун Чжунши. Он не верил, что лекарь вынашивает коварные темные планы в своём сердце, но что-то свербило в нём, что не давало покоя. Он гнал эти мысли снова и снова, но они всё равно всегда возвращались. Такова природа человека: когда он обижен, то волей-неволей начинает искать ростки подозрений в действиях человека, который причинил ему боль, но когда правда всплывает наружу, вырывая все сорняки, он чувствует стыд за свои черные обвинительные мысли и действия.<br><br></div><div>Наконец червячок сомнений и подозрений окончательно иссушился и умер внутри него.<br><br></div><div>Сяо Вэнь улыбнулся и похлопал его по плечу.<br><br></div><div>– Я должен был сказать тебе раньше. Ты прав, иногда полезно просто поговорить. Я правда обучаю тебя не только потому, что ты мой друг и нравишься мне, – мужчина встал перед ним и открыто посмотрел в его лицо, на выдохе произнося: – Ты мой брат, Лю Синь.<br><br></div><div>Видя перед собой протянутую руку, юноша не мешкая ухватился за неё, уверенно кивая на его слова.<br><br></div><div>Мотнув головой, Сяо Вэнь прокашлялся и перевёл тему, чувствуя, что готов разрыдаться в любой момент:<br><br></div><div>– Я разработал формулы по примеру уклада императорского двора. Их компоненты подразделяются на четыре класса в зависимости от их роли в снадобьях: Император, министр, помощник и подручный. Считается, что сложные взаимодействия между компонентами дают усиленные эффекты и уменьшают возможные побочные действия некоторых трав. Лекарство-Император – это главный компонент. Он воздействует на причину или главный симптом болезни. В данном случае с Бедовым львом – это парящие лотосы. Обычно доля этого компонента в лекарстве самая большая.<br><br></div><div>Перелистнув страницу, Сяо Вэнь указал на формулу снадобья, четко выверенную и прописанную в пропорциях на одну дозу. Увидев, что Лю Синь кивнул на его слова, он продолжил:<br><br></div><div>– Лекарство-министр помогает лекарству-Императору усиливать лечебное действие. В нашем случае это сок корня зимнего женьшеня.<br><br><br></div><div>Лекарство-помощник – вспомогательный компонент, который помогает лекарству-Императору и лекарству-министру усиливать лечебное действие. Созревшие плоды тысячелетнего дерева Баньян сорванные на третий день месяца в полнолуние возымеют как раз-таки этот эффект. Эти огромные деревья растут на западе империи, за которыми и летал Байлинь, – погладил он топчущуюся по столу птицу. – Кроме того, оно может излечивать сопутствующие болезни и второстепенные симптомы. Скажем, если у больного искажением ци проявляются такие симптомы как мигрень или удушье, и даже если они появились не от искажения ци, а были с ним постоянно, плоды Баньяна устранят и эти недуги без вмешательства других отваров и трав.<br><br></div><div>Лю Синь придвинул книгу ближе, рассматривая огромное дерево с красными плодами.<br><br></div><div>– У лекарства-помощника помимо этого есть ещё и сдерживающая функция, заключающаяся в ограничении действия ядовитых и сильнодействующих свойств лекарства-Императора. Как я уже и сказал ранее, лепестки парящих лотосов могут быть крайне агрессивны при неправильном приготовлении, – отложив книгу подальше на стол и подтаскивая чайничек с чашками, лекарь усмехнулся: – Когда я обнаружил их, вся императорская медицинская академия использовала их как сильнодействующие яды, а на меня смотрели, как на безумца, когда я сделал из них первую вытяжку.<br><br></div><div>Лю Синь ещё раз пробежался взглядам по иероглифам:<br><br><br></div><div>– Значит последний класс – лекарство-подручный. Оно... регулирует действие других лекарств в снадобье?<br><br></div><div>Сяо Вэнь одобрительно кивнул, отвечая:<br><br></div><div>– Подчищает дефекты, так скажем. В каждом рецепте есть риски. Плоды Баньяна могут оказаться малоэффективными, если сорваны хоть на час позже или раньше положенного срока. Чтобы избежать этого, я использую пепел дальневосточного феникса.<br><br></div><div>– Феникса? – заинтересованно вскинулся Лю Синь.<br><br></div><div>– М, – кивнул лекарь, улыбаясь и видя его оживленный блестящий взгляд. – Когда эти птицы умирают, сгорая, они оставляют пепел. Но чтобы не допустить смерти этого создания и не лишить его перерождения, можно взять лишь небольшую щепоть от него.<br><br></div><div>Увидев в глазах юноши неподдельную заинтересованность, Сяо Вэнь похлопал его по плечу:<br><br></div><div>– Ты ещё увидишь их, я покажу тебе. Это редкие птицы, но сила их столь могущественна, что даже одна крупица их пепла способна устранить проблему даже в самом несовершенном лекарстве. Взять пепел может не каждый. Он очень ценный и редкий, по причине людской жестокости и жадности. Было время, когда за ними вели охоту, истребляя их целыми стаями, забивая их насмерть и сжигая. Поэтому Его Величество ввёл ограничительный закон на забор пепла этих птиц. Только члены императорской медицинской академии могут использовать его в своих лекарствах.<br><br></div><div>Перевернув страницу, Лю Синь аккуратно провёл пальцами по огненной прекрасной птице на фоне золотого солнца.<br><br></div><div> <br><br></div><div>________________________<br><br></div><div>1. 四合院 (Sìhéyuàn) – тип традиционной китайской застройки, при котором четыре здания помещаются фасадами внутрь по сторонам прямоугольного двора.<br><br></div>