Ruvers
RV
vk.com
image

Континент Доуло

За пределами возможностей

Ранее, когда подростки вступили в битву и дошли до фазы противостояния сил духа, Мэн Ижань не использовала свои метательные ножи. Мэн Шу не был уверен, что Тан Сань, который впервые держал такое оружие окажется лучше, чем его внучка. — Дедушка, давай, — девушка кивнула старику. — Ты готов? — спросил он у Тан Саня. Юноша кивнул. Разве ему нужна подготовка к соревнованию по метанию ножей? Но, конечно, характер Тан Саня не позволил ему вести себя настолько дерзко, чтобы сообщить об этом. Мэн Ижань повязала сумку на пояс. Удобные крепления на задней стороне позволяли цеплять ее к любой одежде. Закончив с подготовкой, девушка посмотрела на Тан Саня. Юноша стоял, держа сумку в одной руке, словно совсем не понимал, как этим всем пользоваться. Увиденное заставило Мэн Ижань самодовольно хмыкнуть. Драконий гун не двинулся, лишь небрежно бросил свой посох с головой дракона. Громкий и неясный крик вырвался из оружия, и серебряный посох, словно превратившись в дракона, ударил по дереву в двадцати метрах от старика. Силы посоха было достаточно, чтобы, не повредив ствол, заставить листья посыпаться. Очаровательно воскликнув, Мэн Ижань начала обеими руками метать холодные огни. Девушку можно было назвать ловкой, за мгновение все восемнадцать метательных ножей достигли цели. Девушка метала ножи с особым удовольствием. Возможно, дело было в том, что злость на Тан Саня будоражила ее. Она была уверена в том, что ее оружие поразило все цели, некоторые клинки захватили даже два листа. Мэн Ижань была полностью сосредоточена на соревновании, но Мэн Шу, исполнив просьбу внучки, позволил себе взглянуть на Тан Саня. Его посох был духовным приспособлением, поэтому старику оставалось лишь использовать силу духа, чтобы контролировать его. Старику хотелось посмотреть, сможет ли этот юноша по имени Тан Сань снова удивить его. Пристально смотревшая Непревзойденная пара сильно удивилась, ведь, когда посох ударил дерево, Тан Сань тут же развернулся. Но не к дереву, а от него. Пока Мэн Ижань действовала, Тан Сань одним рывком тряхнул сумке. Восемнадцать клинков одновременно вылетели из сумки. Ножи Мэн Ижань летели по прямой, но Мэн Шу четко видел, как у Тан Саня они шли по дуге. Такая техника требовала большого мастерства, но Тан Сань даже не использовал руки, чтобы метать ножи. Он лишь тряхнул сумкой. И Мэн Шу, человек, носивший титул Духа Доуло, был потрясен, наблюдая за летящими клинками Тан Саня. Ножи вонзились в ствол с характерным звуком, оставшиеся листья медленно упали за землю. Соревнование закончилось. Мэн Ижань повернулась и взглянула на Тан Саня, который снова становился лицом к дереву. Она не сдержала удивления и сердито выпалила: — Ты не метнул ножи? — Я уже, — Тан Сань потряс пустую сумку. В момент растерянности девушки Морская змея и Драконий гун подошли к ней. — Просто невероятное мастерство, — со вздохом сказал старик. — Ижань, ты проиграла. Мэн Ижань удивленно уставилась на своего дедушку, ничего не понимая. Но тот лишь покачал головой и пояснил: — Нет необходимости в подведении итогов. Мы уходим. — Нет, я не верю в это. Как могла Мэн Ижань просто поверить в то, что ее мастерство метания ножей оказалось хуже, чем у Тан Саня, который был еще и физически истощен. Не обращая внимания на попытки дедушки и бабушки удержать ее, девушка помчалась к дереву посмотреть. Она не собиралась верить в свой проигрыш без доказательств. — На этот раз, думаю, ей будет особенно больно, — вздохнул старик и пробормотал себе под нос. — Однако будет неплохо показать ей, что всегда есть кто-то лучше, над небом есть другое небо [1]. Добравшись до дерева, Мэн Ижань первым делом поискала взглядом красные ленты. Как она и ожидала, все восемнадцать клинков застряли в дереве, и каждый из них пронзил минимум один лист, а некоторые даже по три. Это было даже лучше, чем ее обычный результат. Но стоило девушке посмотреть на синие ленты, как она тут же побледнела. Восемнадцать клинков были аккуратно вонзены в дерево: три ряда по шесть ножей. Таким образом, они создали иероглиф «三» [2]. На каждом ноже была как минимум стопка листьев. Все было настолько точно, что даже увязли клинки в стволе одинаково в отличие от ножей девушки, что в полном беспорядке рассыпались по дереву. Контраст между Тан Санем и Мэн Ижань был очевиден. — Признай, дитя, — достиг голос Мэн Шу ушей Мэн Ижань. — Мастерство Тан Саня неподвластно даже мне. Он метнул их одновременно, и они одновременно достигли цели, одним звуком клинки поразили десяток или даже больше листьев. Кроме того, он даже не смотрел на цель, он стоял спиной. Это просто идеальная техника, других слов нельзя и придумать. Мэн Ижань медленно повернулась к дедушке, и взгляд ее был не таким тусклым, но все равно можно было понять, что она упала духом. Не забрав даже клинки, девушка шаг за шагом вернулась к Непревзойденной паре. За три дня она дважды проиграла Тан Саню. Причем следующий проигрыш был хуже предыдущего. Она потеряла свои возможные кольца, гордость девушки была попрана Тан Санем. Юноша сделал несколько шагов вперед, провел ладонью по поясу и бросил иглу, которая друг за другом выбила клинки из ствола и вернулась. Тан Сань положил ножи в сумку. Закончив, юноша быстро подошел к Мэн Ижань. — Юная леди Мэн, твои метательные ножи. Девушка подняла глаза на Тан Саня, ее красивое лицо было немного бледным. — Ты смеешься надо мною? — Нет, — покачал головой юноша. — На самом деле, тебе не стоит расстраиваться. Я практиковался во владении скрытым оружием с трех лет, и хотя мне в этом году лишь двенадцать, я тренировался девять лет. Скрытое оружие было полностью в моей власти, как только я взял его в руки. Я использовал лучшую технику. — Скрытое оружие? — новый термин взволновал Мэн Ижань. — Это оружие, которое используется втайне, только так оно максимально эффективно. Потому что я и зову его скрытым оружием, — ответил Тан Сань, передав девушке ножи. — Скрытое оружие не используется для соревнований, но это способ победить, застав противника врасплох, и никакая сила духа не сможет помешать этому. Когда Мэн Ижань предложила соревнование в метании ножей, Тан Сань не только не понял, смеяться ему или плакать, но и испытал нечто вроде симпатии к этой девушке. В конце концов, за все это время она первый человек, который использовал скрытое оружие. Юноша снова вспомнил, что доставил много проблем этой красивой девушке старше него, пусть и ненамеренно. Он сожалел о том, что лишил ее двух колец. Пусть все и было кончено, но Тан Сань не мог не высказаться. Он надеялся, что Мэн Ижань не бросит свои тренировки лишь из-за одного проигрыша. — Тогда как ты так мастерски управляешься со скрытым оружием? — спросила девушка, большие глаза уставились на Тан Саня. — Тренировки требуют определенной техники. Вообще, эти метательные ножи не подходят тебе. Его размер и вес слишком велики. Я думаю, тебе стоит переключиться на метание игл, это было бы эффективнее. Вот. Сказав это, Тан Сань провел пальцами по поясу, и в его ладонях появилась игла из кости длиной в пять цуней (16 см). Юноша отдал иглу девушке и сказал: — Вот это игла, которую я называю Проникающая костяная игла. Длина у нее — пять цуней, сзади она утолщается, а вес не составляет и пятой части твоих ножей. Однако у нее большой радиус действия и хорошее проникновение. Поскольку они легкие, их очень просто носить с собой. Пусть и уловками судьбы, но я дважды лишил тебя колец. Если хочешь, я расскажу о том, как совершенствовать свою технику. Вернувшись, можешь попробовать разок. Это гораздо лучше, чем просто тренироваться в метании. — Ты научишь меня? — удивилась Мэн Ижань. Она отчетливо помнила, что дедушка говорил ему оставить руку. Подняв голову и взглянув на Тан Саня, девушка увидела чистый взгляд голубых глаз. Он не врал ей. — Путь скрытого оружия обширен и глубок. Хочешь ли ты его познать? Мэн Ижань невольно кивнула. Тан Сань улыбнулся. — Я не использовал глаза, но был в состоянии прицелиться. Это что-то вроде базового навыка во владении скрытого оружия. Это называется эхолокация, определение положения предмета с помощью слуха. При плохом освещении или когда нельзя увидеть цель глазами, слух может помочь. Если будешь тренировать эхолокацию, то у тебя не будет никаких слепых пятен, а также ты сможешь лучше скрыться. Эхолокация была основным навыком во владении скрытым оружием и не считалась каким-то секретом. Тан Сань сразу же перестал обращать внимание на Непревзойденную пару, он просто объяснил девушке упражнение. Когда юноша начал, Мэн Ижань все еще чувствовала обиду, но, чем больше он говорил, тем чаще она кивала. И меньше, чем за чашку чая, Тан Сань подарил Мэн Ижань новое видение скрытого оружия. — ... ты можешь потренироваться. Скрытое оружие — уже хорошая помощь, — постарался объяснить Тан Сань как можно лаконичнее. Он не хотел затягивать [3], ему нужно было поскорее поглотить кольцо и отправиться на поиски Сяо У. Юноша уже восстановился достаточно для того, чтобы получить кольцо паука. Драконий гун и Морская змея стояли чуть поодаль и наблюдали за тем, как Тан Сань обучает их внучку. Поначалу, из-за слов Чжао Уцзи, Мэн Шу выглядел мрачно, но сейчас он улыбался. — Я не стану благодарить тебя, — Мэн Ижань пристально посмотрела на Тан Саня. — Я и не надеялся, — улыбнулся он. Девушка хихикнула. Улыбка сделала ее очень красивой, Мэн Ижань будто оттаяла с приходом весеннего ветра. — Тебе всего двенадцать? Ты и правда не по годам развитый мальчишка. Подойди, старшая сестра поцелует тебя, — сказала она и легко чмокнула Тан Саня в щечку. Тан Сань явно не ожидал, что девушка исподтишка «атакует» его. Он почувствовал, как лицо его загорелось и покраснело, даже уши налились кровью. Мэн Ижань смущение на лице юноши принесло беззаботность и удовольствие. Она твердо сказала: — Не думай ничего странного, таково было условие пари. «Соглашаясь на спор, ты должен быть готов и к тому, что проиграешь его», и я признаю свой проигрыш. Что же, нам пора. А ты поторопись и поглоти уже кольцо. Если я еще раз во время охоты увижу тебя, то... — девушка показала кулак Тан Саню. Но серьезной эту угрозу назвать было нельзя. Драконий гун и Морская змея улыбнулись друг другу, кивнули Чжао Уцзи, забрали Мэн Ижань и испарились. Они должны были найти для нее кольцо, а после быстро покинуть это место. Они не могли противостоять угрозе человекообразной обезьяны-гиганта. Оскар подошел к Тан Саню и с озорной улыбкой спросил: — Сань-эр, это приятно? — Что приятно? — уставился юноша на соседа. — Дай мне восстанавливающую сосиску. — Отведай-ка папочкиной сосиски, — произнес Оскар заклинание, рассмеявшись, и передал Тан Саню сосиску. Тан Сань подошел к трупу паука, плотный сгусток фиолетового света парил над ним. Это был идеальный момент для поглощения. Стоило юноше бросить взгляд на духа, как лицо его напряглось, он тут же вспомнил, что Сяо У все еще нуждалась в его помощи. Проглотив сосиску, юноша сел рядом с пауком. — Могу я рассчитывать на вашу защиту? Чжао Уцзи кивнул, махнул рукой, и другие ученики окружили Тан Саня, намереваясь защитить его от возможных опасностей. Теперь Тан Сань мог не беспокоиться о внезапном нападении других духов и спокойно заняться делом. Когда Тан Сань поднял руку, в ладони образовался синий свет и выросла лунная трава. Сделав глубокий вдох, юноша призвал к себе сгусток. Он, словно, спустя годы ожидания сотней рек потек к «морю» Тан Саню. Наблюдавший за этим процессом Чжао Уцзи не мог не удивиться: такие колебания силы духа могли говорить только о том, что этому человеколикому пауку было очень много лет. Тан Сань почувствовал это еще ярче. Стоило только теплому потоку добраться до него, как он, словно меч, пронзил юношу. Жар охватил тело, этот дух будто бы хотел сжечь юношу. Сам по себе человеколикий паук был безжалостным зверем, но его кольцо оказалось разрушительней. Энергия проникла в Тан Саня и начала ломать его и изменять. Пусть ее действия и не были продиктованы кем-то, Тан Сань не мог контролировать ее. Мощные толчки разрывали тело юноши. Сильная боль пронзила его, и рот юноши наполнился кровью, которую он тут же выплюнул. Все вздрогнули. Они тоже поглощали кольца, но впервые встречались с чем-то подобным. — Этот человеколикий паук особенно безжалостен. Его очень сложно поглотить. И сейчас Тан Саню остается надеяться только на себя, какая-либо помощь со стороны сделает лишь хуже. Мы можем только верить в его успех и возвращение к нам. Но Чжао Уцзи не сказал, что, чем тяжелее поглотить кольцо, тем оно сильнее. Все-таки это естественно, что большая энергия порождает более сильные и удивительные способности. *** Мэн Шу и Чао Тяньсян привели Мэн Ижань на окраину леса Синдоу. Женщина, не отрываясь, следила за своей внучкой. С тех пор, как они встретили школу Шрек, она молча склоняла голову. Очевидно, о чем-то размышляла. — Ижань, о чем думаешь? — спросила старуха. — Я думала о том, что сказал мне Тан Сань, — ответила девушка, возвращаясь из собственных мыслей. — Бабушка, как считаешь, стоит ли мне пользоваться этой иглой? — Если хочешь, используй, — улыбнулась Морская змея. — Пусть эта игла и выглядит необычно, найти людей, что сделают ее, несложно. Я впервые вижу такую длинную иглу, целых пять цуней. — Этот мальчишка, Тан Сань, и правда неплох. Не только способный, но и скромный. Он редкий тип талантливейших людей. Жаль, что он отказал вступить в наш клан, к двадцати годам он бы вывел нас на новый уровень, — вмешался в разговор Драконий гун. — Золотой карп в пруду, встречая бури, становится драконом [4], — вздохнув, сказала Чао Тянсянь. — Не только Тан Сань, но и другие дети из этой школы весьма талантливы. Я правда не знаю, откуда Чжао Уцзи взял этих необыкновенно одаренных юношей и девушек. Я слышала, как он сказал, что они ученики школы Шрек. Почему я никогда не слышала о ней? — Все это не имеет значения, — ответил Мэн Шу. — Пусть остальные казались довольно талантливыми, но они отстают от Тан Саня. Мэн Ижань, что ты о нем думаешь? Девушка немного задумалась, в ее глазах загорелся огонек. — Он взрослый ребенок, — сказала она, но тут же добавила, вспомнив лицо юноши. — На самом деле, он не выглядит на двенадцать. — Я спросил, что ты думаешь о нем, — улыбнулся Мэн Шу. Мэн Ижань было шестнадцать, возраст для первой влюбленности, и она смутно поняла подтекст вопроса своего дедушки. — Дедушка, ты хочешь ошибиться в подборе уток-мандаринок [5]? Я на три года старше него. Как это возможно? Ей только недавно исполнилось шестнадцать, и она действительно была старше Тан Саня на три года. — Возраст не проблема. Жена, что на три года старше мужа, обеспечит себя богатой жизнью [6]. — Дедушка! — лицо Мэн Ижань покраснело. — Что? Ты не хочешь? До сих пор думаешь, что он выглядит слишком заурядно? — Конечно, он заурядный, — фыркнула Мэн Ижань. — Его одежда выдает в нем обычного человека, а не сына известной семьи. Я до сих пор не могу понять, как он со своим бесполезным духом, может так быстро совершенствоваться. — Дитя, — начал Мэн Шу. — Когда это ты стала той, кто судит о человеке по его внешнему виду? Этот ребенок не так прост, как ты думаешь. Откуда ты знаешь, что он не из престижного клана? Лунная трава? Ты когда-нибудь видела мастера, способного развить траву дальше тридцатого ранга? Кроме того, его знания о скрытом оружии. Всего этого хватает для того, чтобы уверенно сказать, этот мальчишка необычный. Заметив, что дедушка немного разозлился, Мэн Ижань высунула язык. — Не злись, дедушка. Поговорим об этом позже. Может, мы и не встретимся больше. — Молодежь разберется со всем сама, да? — вздохнул Мэн Шу. — Делай то, что считаешь нужным. Только вот глаза у меня не для украшения. В жизни есть лишь одна возможность, как правило, очень непродолжительная, и, если человек не ухватится за нее, она просто ускользнет. Чао Тяньсян сжала руку мужа. — Все хорошо. Не говори так серьезно, старый черт. Нам нужно помочь Ижань найти подходящее кольцо. Сейчас важно только это. О другом поговорим позже. Как только вернемся, нужно будет разузнать об этой школе Шрек. *** Все пристально наблюдали за Тан Санем, который выглядел очень плохо, все его тело было окутано светло-красным дымом. И этот цвет порождала не сила духа, а кровь юноши. Незадолго до этого кожа Тан Саня под действием толчков силы духа стала покрываться капельками крови, что поднялись в воздух и слились с окружающим юношу туманом. Тан Сань хмурился, сжав губы, тело его содрогалось от судорог. Было ясно, что вместе с этим кровотечением его сковывала и жуткая боль. Сквозь туман проскальзывал звук ломающихся костей, и у всех начинали бегать мурашки. Однако кольцо никак не проявляло себя, это означало только то, что Тан Сань еще не поглотил его. — Учитель Чжао, — тихо начал Дай Мубай, — боюсь, если так и дальше пойдет, Тан Сань окажется в опасности. — Я знаю, — нахмурился мужчина. — Но мы не можем ничего предпринять, иначе сделаем только хуже. Нам остается только надеяться на его силу воли. Он должен уметь справляться с таким духом. Однако его состояние и безжалостность паука... Беря во внимание все это, я надеюсь, что Тан Сань справится, иначе... Лишь сам Тан Сань мог понять собственную боль. Он чувствовал себя так, словно его разрывали на кусочки, резали ножами, не было места, где его внутренности не болели, эта сила буквально разъедала его тело, причиняя постоянную и сильную боль. На самом деле, Чжао Уцзи ошибся. Поскольку человеколикий паук был очень редок, даже Великому мастеру будет сложно определить его возраст. Максимальный возраст для третьего кольца составлял тысячу семьсот лет, для четвертого — около пяти тысяч лет, пятого — двенадцать тысяч, шестого — двадцать тысяч. Для седьмого кольца предел оценивался от тридцати до пятидесяти тысяч лет. Получив восьмидесятый ранг, можно было поглотить кольцо возрастом от пятидесяти тысяч лет. И лишь последнее, девятое кольцо, могло быть не младше ста тысяч лет. Однако никто из известных ныне духовных мастеров не смог этого сделать. Этот же паук уже перевалил за две тысячи лет. Пусть это и не много, но уже больше того предела, что Тан Сань мог поглотить. Это была одна из самых важных причин, почему Гуру, хоть и знал, что паук будет идеален для лунной травы, но запретил Тан Саню искать его. В бою Тан Сань оценил реальные силы этого зверя, но упустил один момент: Драконий гун Мэн Шу уже ранил паука. И это, несомненно, сильно повлияло на силу человеколикого паука. Тан Сань отличался от большинства духовных мастеров. У него было два духа, к тому же, он совершенствовал Небесный навык, и это делало его намного устойчивей обычного человека. Потому дух возрастом в две тысячи лет мог быть вполне себе поглощен Тан Санем, ведь именно в этом и заключалось его главное преимущество. Но и этот паук не был обычным духом, его безжалостность и сила сделали кольцо едва ли не убийственным, а Тан Сань был не в лучшей форме. Потому он сразу же столкнулся с проблемами. Если бы жизнь Тан Саня можно было просчитать, то в конце концов его ждал бы один финал: тело не выдержит шока от силы паука, его разорвет, и Тан Сань погибнет. Все-таки эта энергия уже выходила за рамки того, что он мог поглотить. Но некоторые вещи нельзя просчитать. Например, силу воли и настойчивость. Именно они в определенной степени могли приводить к чудесам. И сейчас Тан Сань, хоть и терпел боль, он жаждал спасти Сяо У. И, лелея это желание, он терпел каждую волну боли. Даже если кровь полностью вытечет из него, он все равно будет сопротивляться этой энергии. В каком-то смысле то, что Сяо У забрала обезьяна помогло Тан Саню. Ведь кольцо, что превышает возможные пределы не только приносило вред в процессе поглощения, но в случае удачи давала великие возможности. Колебания силы духа усиливались, кровавый туман становился все отчетливей, через него просочился даже слабый запах рыбы. Неизвестно, был это запах самого Тан Саня или яда паука. Пока все напряженно стояли, словно кошки на раскаленной крыше, до Чжао Уцзи дошел звук чьих-то шагов. — Кто? — мужчина метнул взгляд в сторону источника шума. Это был ключевой момент, и Чжао Уцзи не мог позволить никому, ни духу, ни человеку, вмешаться в этот процесс. — Учитель Чжао. Из-за деревьев показалась тонкая фигурка. Увидев ее, все застыли, глупо глядя в сторону. Неизвестным оказалась Сяо У. Сейчас девушка выглядела несколько жалко: ее одежда была порвана, аккуратная скорпионья коса растрепана, однако цвет лица Сяо У был даже лучше, чем обычно. Также само лицо казалось более зрелым. — Сяо У, ты жива? — спросил Оскар и тут же осознал, насколько неприятный вопрос задал. — А ты надеялся, что я умру? — фыркнула девушка. — Что это? Этот туман... Что с Сяо Санем?! Увидев своего брата в таком состоянии, Сяо У почувствовала, как сердце ее ушло в пятки. Ее принес сюда Эр Мин. Пусть территория леса Синдоу и была довольно обширной, для Лесного царя не составляло никого труда найти нужных людей, ведь все духи были его глазами. Доставив Сяо У на нужное место, обезьяна тихо ушла. — Не мешай ему, он поглощает третье кольцо, — поспешил остановить ученицу Чжао Уцзи. — Но как поглощение превратилось в это? — воскликнула она. Но, увидев труп паука, она более или менее все поняла. — Это человеколикий паук. Его возраст превышает две тысячи лет, но предел для Великого мастера — тысяча семьсот шестьдесят. Сяо Сань, ты... — Откуда ты знаешь, сколько лет этому пауку? — вопросительно уставился Чжао Уцзи на Сяо У. — Это определяется длиной его ног, — сказала девушка, поняв, что проболталась. — Видите, ноги этого паука длиннее трех метров. Это говорит о том, что ему больше двух тысяч лет. Только не говорите мне, что вы не знали об этом. Не знали о том, что духи внешне меняются каждую сотню лет совершенствования? — Я и правда не знал этого столь детально... Твои знания поразительны, — ответил мужчина, впечатленный сказанным. — Всему этому учил меня Гуру. Прикрывать собственный длинный язык знаниями Гуру было прекрасной идеей. Как и следовало ожидать, все сомнения рассеялись вместе с именем Гуру. — Сяо Сань уже начал, — сказал Чжао Уцзи, криво улыбнувшись. — Он не может уже остановиться. Мы можем лишь надеяться, что у него все получится, и он выдержит. Ах, да, Сяо У, как ты ускользнула от обезьяны? Расскажи, что случилось. Она не могла просто рассказать всем, что Эр Мин пришел, почувствовав ее запах. Девушка обдумала, что сказать, по пути сюда. — Я не знаю, как так вышло, что обезьяна схватила меня и убежала в лес. Он не убежал далеко, раздался коровий рев, и он занервничал. Взглянув на меня, он тут же бросил меня и убежал, — объяснила Сяо У, с тревогой глядя на Сяо Саня. — Коровий рев? — нахмурился Чжао Уцзи. — Какая корова вообще может заставить эту обезьяну нервничать? Что было потом? — Оставив меня, эта обезьяна взвыла, а после убежала. Я лишь почувствовала, как земля и небо закружились, а после я очнулась. И его уже нигде не было. Картина, что развернулась передо мной была ужасной. Как минимум десяток духов потерял сознание от его вопля, а слабые даже умерли. Не знаю, повезло ли мне, но я осознала, что тоже получила тридцатый ранг, — рассказывала Сяо У с пугающим огоньком в глазах. — Что? Ты тоже? Ты старше или младше Тан Саня? — встревожился Чжао Уцзи. — Я на несколько месяцев младше, — сказала девушка. Чжао Уцзи просто молчал, ведь рекорд, что установил Тан Сань был побит так скоро. Однако следующие слова Сяо У удивили его еще больше: — Я была очень напугана тогда. Возможно, поэтому моя сила духа скакнула. Я случайно нашла среди этих зверей тысячелетнее, что подошло мне. Оно было без сознания, тогда я убила его и поглотила кольцо. — И это сработало? — Жирок уставился на Сяо У, словно она была слепым котом, наткнувшимся на дохлую мышь [7]. — Считайте, что мне повезло, я думала, что умру, — девушка изобразила тревогу. — Чтобы ни один из этих духов не проснулся, мне пришлось убить каждого. С третьим кольцом я полностью восстановилась. А после я пошла обратно в том же направлении, откуда меня унесли, пока не услышала голоса. И вот я здесь. *** [1] Всегда есть кто-то лучше (人外有人) — всегда есть кто-то лучше тебя, победитель победителя всегда найдется. Часто в сочетании с 天外有天 (над небом есть другое небо), что значит «знанию нет предела; всегда есть кто-то лучше». [2] Собственно, это иероглиф имени Тан Саня. [3] Не хотел затягивать (敝帚自珍) — ид. беречь старую метлу, поскольку она своя (обр. в знач.: беречь, хранить, не выбрасывать; дорожить; держаться за старое) [4] Сложная для перевода вещь. Анлейтор предположил, что это строка из поэмы знаменитой маньхуа 1989 года, написанной Ма Жунчэном/Ma Wing-shing. Называется она «Повелители шторма» (风云). В 1998 году вышел фильм «Повелители стихий». Мы не смогли найти официальные или профессиональные переводы поэмы, поэтому сделали это сами: Золотой карп в пруду, встречаясь с бурями, становится драконом. Крик дракона в небо ознаменует встречу ветра с облаками для путешествия на глубину. Встреча ветра с облаками (风云际会) — благоприятное стечение обстоятельств. Также в пруду (池中物) — человек с узким кругозором. Перевод довольно условный, поэтому просим прощения сразу. [5] Утки-мандаринки (鸳鸯) — символ гармоничных взаимоотношений в Фэн-Шуй. Если вдаваться в подробности, то это потому, что в природе эти птицы очень верны друг другу. Они однолюбы и, однажды выбрав себе пару, остаются рядом на всю свою жизнь. Образно это также пара/муж и жена. По сути, здесь речь идет об браке по ошибке, что-то такое. [6] Жена, что на три года старше мужа, обеспечит себя богатой жизнью (女大三抱金砖) — упрощенная форма 女大三抱金磚. Буквально, это «жена, что старше мужа на три года, крепче обнимает слиток золота». [7] Слепой кот, наткнувшийся на дохлую мышь (瞎猫碰上死耗子) — случайная удача, везение.