Ruvers
RV
vk.com
image

Феодал и дракон

Сбывшаяся мечта

Думаю, Фулю поистине великий дракон. *** Мы стали крупнейшей державой в северо-восточном регионе Фаньнан после присоединения территории Кэрола. Другие крупные государства смотрели на нас, словно хищные тигры [1], и многие из малых и средних феодальных владений присягнули нам на верность. Весь свой путь мы распевали песни о победах, ведь благодаря Фулю мы редко терпели поражения. И солдаты, и офицеры пребывали в приподнятом настроении, они не могли скрыть собственного самодовольства, вызванного многочисленными победами. Мы в Энди видели все это и не могли не беспокоиться. Мы в очередной раз выиграли битву, и наша территория немного разрослась на западе. На этот раз Фулу не полетел спать в свою сокровищницу. Он даже отказался от своей доли, сказав мне: — Я почти поправился. Теперь нет необходимости отдавать мне так много. Вместо этого займитесь ремонтом башен и катапульт. Только посмотри на свои оборонительные сооружения. Чем они лучше мусора? Он смотрел холодно и осуждающе. И это несмотря на то, что на мордах драконов эмоции были не такими очевидными и богатыми, как у людей на лицах. Фулю правда беспокоился о феоде. Неуверенный в ответе и растроганный я поднял глаза и посмотрел на него: — Фулюшка... Дракон был в смятении. Он поднял передние лапы, но выглядел так, будто не знал, что с ними делать, и в конце концов уставился на меня. — Почему ты плачешь? — тихо спросил он. — Кто тебя обидел? Я их побью… Не плачь. Почему бы тебе в этот раз не забрать все сокровища, что мы захватили? Нет, еще и в следующий, и в последующий за следующим. «Кто это тут плачет?» — молча возразил я. Невозможно, чтобы я, великий феодал Смит, оказался столь слабым и хрупким человеком. Должно быть, из-за того, что я рассказывал ему о том, как мою землю разоряли, у Фулю сложилось обо мне впечатление как о немощном и ломком организме. Без особого энтузиазма уговорив его вернуться в комнату, я, возвращаясь к себе, случайно поймал собственное отражение в зеркале. Глаза у меня были красными и влажными. Мысленно я отчитал себя. Неудивительно, что Фулю подумал, что я плачу. Хорошо, что никто больше не застал меня таким. Хотя… думаю, я сам виноват, что испытываю такие сильные эмоции, что мои глаза начинают слезиться. По правде говоря, я прекрасно знаю, что являюсь очень чувствительным человеком. Слезы легко текли по малейшему поводу, и я мог плакать, как будто завтра не наступит, даже если ничего не произошло. Однако мне известно, что я должен походить на своего отца, сильного и жесткого человека. Вот почему я не смотрел трагедии в театре с большой публикой более десяти лет. Лишь изредка я осмеливался зажечь свечу посреди ночи, когда вокруг никого не было, и спокойно читал антологию Хайдера, величайшего поэта-драматурга современности. Это было моей тайной слабостью — плакать до тех пор, пока лицо не превращалось в месиво от слез. Так я смирился с тем, что мои глаза сегодня покраснели из-за того, что был слишком занят работой и слишком долго не читал стихов. Сегодня вечером я решил немного выпустить пар. В коллекции библиотеки Кэрола была книга «Поэт Хайдер. Со всех концов света. Антология». Я уже считал эту книгу своей. Взяв ее из-под подушки, я зажег свечу и начал читать. Мои пижама, подушка и одеяло в мгновение ока промокли. Оставшись довольным, я закрыл сборник стихов и свернулся калачиком под бархатными одеялами и тихо всхлипнул. Вдруг я услышал, как что-то сильно ударилось об окно. Я вылез из-под одеяла, поспешно вытер лицо и постарался выглядеть спокойным, глядя в окно. Фулю стучал крыльями по стеклу. Я открыл окно, и прохладный ночной воздух мягко вторгся в комнату. Дракон посмотрел на меня с непонятным выражением. — Я уже собирался лечь спать, как заметил, что здесь все еще горит свет. А еще я что-то слышал, — пояснил он. Я вспомнил, что чувства драконов гораздо острее, чем у обычных людей. Он жил по соседству со мной, и наши балконы были соединены. Естественно, он бы заметил, если бы я включил свет. Я не находил слов для ответа, но я точно не мог сказать ему, что плачу, читая стихи Хайдера. Я смог только опустить голову и произнести: — Ничего такого. Фулю ничего не ответил. Через некоторое время он спросил меня: — Хочешь полетать? Я удивленно уставился на него. Проведя с ним почти год, я очень хорошо знал, насколько горды драконы. Я давно отказался от мысли прокатиться на его спине. Думаю, мои глаза и выражение моего лица полностью выдали меня. Торопливо накинув плащ, я толкнул дверь на балкон и вышел. Фулю отлетел на некоторое расстояние и, как молния, ринулся назад, прежде чем укусить меня за лацкан, повернуть свою шею и посадить меня себе на спину. Меня застигли врасплох, на мгновение у меня закружилась голова. К тому времени, когда я пришел в норму, мои руки инстинктивно крепко обняли его за шею. Фулу с громким ревом взмыл в небо. Луна, звезды и плывущие облака оказались совсем близко ко мне. Ночной воздух пробирал до костей, но я был слишком взволнован и взбудоражен, чтобы заметить это. Я мог видеть лишь собственное поместье и соседние территории. Земля и небо были огромными, и я рассмотрел даже неподвижное Мертвое море. Тем, на другой стороне моря, находился дом Фулю. А за горизонтом простирался даже больший мир. Я почувствовал покой и тепло. Словно бескрайние и неизведанные просторы больше не пугали меня. Все, что мне было нужно, — слушать свое сердце и продолжать двигаться вперед. Не возгордись из-за победы и не падай духом из-за поражения. Фулю замедлился, и мы тихо стали дрейфовать среди луны и звезд. Лишь когда я, дрожа, прижался к нему, дракон снова набрал скорость. Мы очень быстро вернулись в крепость. Когда я снова оказался на балконе, он вплотную приблизил морду и уткнулся носом в мою шею. — Ты такой холодный. В его голосе, как ледяном вине, чувствовалась нотка раздражения. Внезапно меня снова схватили за лацкан и расположили на спине, после он отнес меня в свою комнату. Когтями он снял меня с себя и заключил в объятия поближе к своему животу. Свернувшись клубком у него груди, я почувствовал себя маленьким зверьком, захваченным его лапой. Однако радостные мысли об исполненном заветном желании вскоре заполнили мою голову, и я сразу же заснул в объятиях Фулю, вспоминая ощущения полета над морем облаков. Думаю, Фулю поистине великий дракон. Он совсем не походил на тех существ из сказок, могущественных и вспыльчивых, небесных тиранов, презирающих людей, опустошающих земли и разрушающих города. *** [1] Смотреть хищно, как тигр (кит. 虎视眈眈) — алчно взирать; бросать алчные взоры.