Ruvers
RV
vk.com
image

Бесконечные царапины божественного древа

Глава секты

Глава 14. Глава секты Уложив Его Превосходительство спать, Мо Тяньляо сконцентрировался на изготовлении пространственных мешочков. Качество сумки для хранения зависело от двух факторов. Одним из них была чистота и качество кристалла, а другим количество духовной энергии, используемой для расширения пространства в мешочке. Пространственный массив был основой метода создания сумок для хранения. Созидать их было чрезвычайно сложно. При создании сумок для хранения применялось два вида матриц: одна для создания пространства и другая для хранения духовной энергии. Малейшая ошибка или неточность могла привести к нестабильности пространства или утечке духовной энергии. Это объясняло, почему мешки для хранения были такими дорогими. Большинство артефакторов тщательно и кропотливо рисовали узор матрицы. Требовался, по крайней мере, один день, чтобы полностью нарисовать массив, и, если наносился неправильный штрих кистью, массив разрушался. Но для Мо Тяньляо… Пальцы, которые окунули в жидкую форму камня, были такими быстрыми, что можно было увидеть только размытые тени, узор выходил очень красивым и, вроде бы, небрежным. Не прошло и десяти минут, как матрица была закончена. Духовная энергия медленно заполняла сумку, и примерно через полчаса Мо Тяньляо остановился. Молодой человек задыхался, он находился только на шестой стадии конденсации Ци и на данном этапе сумел создать сумку только размером в половину дома. Пока Мо Тяньляо медитировал, чтобы пополнить использованную им духовную энергию, черный железный камень в печи был очищен. Мо Тяньляо взял маленький нож и покрыл лезвие жидкостью из очищенного железного камня. Он быстро сконцентрировал Ци в кончиках пальцев и начал менять лезвие, придавая ему странную форму. На конце был сделан острый крюк, и нож можно было теперь использовать только как резец. Он вытащил большой кусок тонущей древесины, которую нашел на заднем склоне горы. В настоящее время в его распоряжении это был самый крупный материал, который следовало очистить. Он использовал резец, чтобы расколоть грубое бревно и разрезать его на острые деревянные шипы, каждый длиной около восьми сантиметров. – Тот ученик Обители Воцин действительно пробыл в кузнице десять дней, – прокомментировал один из привратников на входе в Небеса Красного пламени, выпивая вино. – Может, он медитирует, – другой человек погладил свою бороду с всезнающим выражением на лице. – Совершенствующиеся с огненным атрибутом часто приходят сюда, чтобы медитировать в уединении. Все были убеждены, что молодой человек занимается в кузнице чем-то другим, считая, что невозможно совершенствующемуся только на шестой стадии конденсации Ци усовершенствовать хоть какой-нибудь инструмент. – По моему мнению, все эти личные ученики очень богаты, и им некуда девать деньги. Духовная энергия в трех обителях так изобильна. Он может просто медитировать в своей комнате, но решил прийти сюда и потратить деньги. – Точно… В то время, как несколько учеников были поглощены сплетнями, в бамбуковый поднос на столе осторожно положили нефритовый жетон, издавший чистый, звонкий звук. Приятный, низкий голос с нотками усталости негромко сказал: – Забирайте. Не дожидаясь ответа, положивший жетон сразу повернулся и ушел. Несколько учеников, которые охраняли вход, смотрели на силуэт одетого в черное человека, а затем поглядели друг на друга. Они понятия не имели, сколько из их сплетен услышал Мо Тяньляо, и теперь чувствовали себя очень неловко в своих сердцах. Привратник в панике поспешил за ним: – Шишу, подожди. Мо Тяньляо повернулся назад: – В чем дело? В течение многих дней он слишком тяжело создавал сумки для хранения, почти уничтожив в процессе печь, не в силах даже закрыть глаза на несколько минут. Он отчаянно нуждался в отдыхе, поэтому его теперешний характер был не слишком хорош. Привратник не мог не дрожать, когда столкнулся с ледяным выражением лица Мо Тяньляо. Он поспешно достал два низкокачественных духовных камня: – Шишу не закончил использовать кузницу в течение всего десятого дня, это возмещение в количестве двух камней… – Не нужно, – Мо Тяньляо не стал дожидаться, пока ученик закончит свое предложение, и поднял руку, чтобы остановить его. – Используй их, чтобы купить вина, – он взмахнул рукавами и ушел. Вернувшись в Обитель Воцин, Мо Тяньляо не пошел отдать дань уважения своему Учителю, а прямо направился в небольшой внутренний двор, активировал массив запрета входа посторонним и сразу заснул. Маленький белый шарик вылез из рук Мо Тяньляо и сел на его грудь, глядя на молодого человека. Красивое лицо было несколько испачкано дымом в процессе непрерывного очищения, а под глазами залегли темные круги. Котенок обернулся и спрыгнул на пол, вспыхнул ярко-белый свет, и перед кроватью появился чрезвычайно красивый, облаченный в белую одежду Мастер Цин Тун. Его ясные глаза сверкали холодом. Действительно, настолько глупый! Только что оставил горячую кузницу, без клочка меха на теле, но все еще не знает, как укрыться одеялом! Как ты обеспечишь теплую постель для этого Почтенного, если простудишься? Тонкие губы слегка изогнулись, он медленно вытянул светлые и стройные руки, чтобы вытянуть со стороны тонкое одеяло и небрежно набросить его на Мо Тяньляо. Затем он отошел и оглядел комнату. Думая, что Мо Тяньляо не проснется некоторое время, мужчина вышел из дома. – Отчитываюсь Мастеру, Глава секты отправил сообщение, – как только он вошел в главный зал дворца Циннин, служанка в белом вышла вперед и передала ему голосовой талисман. Он провел одним пальцем по бумаге талисмана, и тихий голос Мастера Тянь Лан сразу же прозвучал: – Я только что вернулся из секты Цинюнь, вы оба хотите прийти и посмотреть? Когда голосовое сообщение закончилось, талисман загорелся. Цин Тун отбросил горящую бумагу в сторону, повернулся и вышел. При совершенствовании праведного пути часто возникало много споров, требующих посредничества трех основных сект. Подобные происшествия часто сопровождались разделением благ между сектами. Поэтому каждый раз, когда Глава секты возвращался из поездки, он приносил много интересных сокровищ. В Обители Вотянь, Дворец Тяньнин. Глава секты, Мастер Тянь Лан, сидел на своем месте и выглядел чрезвычайно харизматичным с необыкновенной аурой вокруг. Все ученики в зале с благоговением смотрели на него. – На этот раз все проделали большую работу, и каждый получит бутылку Успокаивающих дух пилюль, – дружелюбно улыбнулся Мастер Тянь Лан. Группа учеников поспешно поблагодарила, каждый взял по бутылке таблеток и ушел довольный. – На этот раз мы получили довольно много преимуществ? – Мастер Сюань Цзи вошел и сразу увидел, как группа учеников уходит, держа бутылки с таблетками. Успокаивающие дух пилюли подходили для учеников, которые еще не сформировали золотое ядро. Поскольку энергия в духе была бурной, будь то праведный или демонический совершенствующийся, в их сердцах всегда присутствовали внутренние демоны, которые мешали бы их совершенствованию. Без духовного зверя, успокаивающего внутренних демонов, совершенствующиеся должны были принимать очищенные пилюли вместо того, чтобы подавлять темные эмоции. Такие таблетки для совершенствующихся были столь же необходимыми, как и духовные камни. Мастер Тянь Лан погладил бороду: – На этот раз секта Цинюнь приходила, потому что возникла серьезная проблема: чтобы решить ее, нужно пролить немного крови. Когда все ученики ушли из зала, Мастер Тянь Лан огляделся, чтобы проверить, что никого нет, и достал из пространственного хранилища несколько темных нефритовых бутылок: – Эти бутылки… Он даже не успел договорить, когда промелькнула белая тень, и стол мгновенно оказался пуст. Цин Тун элегантно сидел на единственной мягкой кушетке в зале, а несколько изысканных бутылок с таблетками были аккуратно расставлены перед ним. – Эй, не забирай их все! Ты должен оставить одну бутылку для меня, – Мастер Тянь Лан немедленно вскочил и сделал два или три шага к Мастеру Цин Тун, пытаясь схватить черную нефритовую бутылку, но в его сторону ткнули тонким и светлым пальцем. Ясный и холодный взгляд скользнул по нефритовым бутылкам перед ним и, Цин Тун, поняв, что в них нет нужды, сразу же бескорыстно поднял руки, смахнув все сосуды на пол. – Ах… – закричал Мастер Тянь Лан, вскинул рукава и благополучно поймал все нефритовые бутылки в свои объятия. Он горько присел на корточки, казалось, хотел что-то сказать, и поднял голову. Увидев пару прекрасных глаз, он сразу же затих, бросил Сюань Цзи бутылку, которую планировал ему дать, и быстро положил остальные бутылки в кольцо для хранения. – Убери это, – Цин Тун поднял ногу и пнул Главу секты, который сидел на корточках возле мягкой кушетки. – Третий брат, я Глава секты! – Мастер Тянь Лан больше не мог этого выносить и взорвался. Сила лидера секты была непостижима. Этот взрыв, смешанный с грозовым гневом, был чрезвычайно мощным. Весь зал внезапно наполнился обильной золотой духовной энергией, болезненно колющей кожу людей поблизости. Ученики, которые охраняли зал, почувствовали сильное давление угнетения Главы секты и ушли. Цин Тун поднял руку и хлопнул его по затылку: – Очень шумно. «Бац!» Лицо Главы секты врезалось в подушку на кушетке, и золотая энергия в зале исчезла. На некотором расстоянии от них Мастер Сюань Цзи опустил голову и решил помолчать. Глава секты некоторое время сидел на корточках и держался за голову, затем он вытащил белую нефритовую бутылочку: – Небесные пилюли конденсации Ци. Цин Тун взял бутылку и продолжил смотреть на него. Глава секты стиснул зубы и вытащил еще две красные нефритовые бутылки: – Небесные пилюли Духовного огня. Цин Тун получил флаконы и неспешно покрутил их в руках. – Ничего больше не осталось! – смело заявил Глава секты. Красивый мужчина на диване поддержал свой подбородок рукой, откинувшись на большую подушку, поднял тонкий палец, и аккуратно закругленный ноготь мгновенно вытянулся, превратившись в прозрачный острый коготь, светящийся холодным светом. – Ай… – из главного зала раздался скорбный вой. Он был отрезан черным массивом, который мгновенно активировался. Ничего больше не было слышно за пределами зала, и дворец Тяньнин погрузился в странное молчание. – У Главы секты и Мастеров обители должно быть важные вопросы для обсуждения, – ученики снаружи увидели массив и сознательно держались на расстоянии от главного зала дворца Тяньнин. Через некоторое время в зале снова стало тихо. Белый котенок присел на мягкий диван, грациозно облизывая лапы, а серовато-белый волк лежал на полу, положив две передние лапы на лоб, раскинув задние лапы и притворяясь мертвым. Вспыхнул белый свет, снова появилась стройная и красивая фигура. Держа ряд нефритовых бутылок, мужчина тихо сказал: – Я должен покинуть секту на несколько дней, если будут какие-то проблемы, не приходите, чтобы найти меня. После этого он превратился в поток света, пронесшийся в сторону Обители Воцин. Мастер Сюань Цзи, который прятался в углу, медленно вышел и присел на корточки рядом с волком: – Вот, старший брат, я тоже пойду, – после чего, не заботясь о реакции своего Шисюна, он быстро убежал. Когда Мо Тяньляо проснулся, он потянулся, освеженный. В этот момент белый котенок пробил бумажное окно и прыгнул ему в объятия. – Сяочжао… – Мо Тяньляо поймал маленький шарик, беспомощно глядя на сломанное окно. Ему снова придется склеивать бумагу. «Мяу!» Котенок, казалось, был в хорошем настроении и поднял лапу, чтобы шлепнуть Мо Тяньляо по лицу. Мо Тяньляо засмеялся и взял котенка на руки: – Давай, спустимся с горы, чтобы купить чего-нибудь вкусненького.